Old book with plant growing out of itМожно ли говорить об экологическом послании в Ветхом Завете? Многие исследователи справедливо утверждают, что древние люди вообще не думали об экологии. Однако если мы верим, что Писание живо и действенно в наше время, мы можем найти принципы, которые нам подскажут общее направление. Разумеется нам нужно разобраться, что для древнего иудея значила земля. В первую очередь мы должны вспомнить такое событие, как плен израильского народа. Утрата собственной земли считалась проявлением нарушения отношений с Богом, поэтому ничто не говорило лучше о возвращении к Богу, чем возврат в землю. Понятие «спасение» в контексте иудейских ожиданий, было тесно связано с избавлением от врагов народа, восстановлением национальных символов и состоянием «шалом», в котором каждый будет сидеть под собственной лозой или масличным деревом. Кроме того, учение о воскресении предполагает, что наш мир продолжит существовать, живые праведники будут блаженствовать под безраздельной властью Бога завета, а мертвые праведники вернутся к жизни, чтобы разделить их торжество.

Видя, что надежда Израиля коренилась в земной, а не небесной сфере, мы можем заметить, что заботе о Творении (в наше время мы обычно называем это «защитой окружающей среды») внимание уделяется в различных местах Писания. Во-первых, начиная с истории о Творении, Бог неоднократно называет свое творение благим (Быт. 1:1-2:4). Во-вторых, когда Бог говорит о том, что Он не наведёт более вод потопа на землю, Он заключает завет не только с Ноем, но и «со всеми живыми существами, которые вместе с [ним] покинули ковчег: с птицами, скотом и зверями — со всеми животными земли» (Быт. 9:10). В-третьих, Пророки не обходят стороной тему восстановления земли и природы. Так Осия, пророчествуя о будущем обновлении разорванного завета с Израилем, одновременно говорит о восстановление плодородия и изобилия в природе:

«В тот день Я заключу мир между ними и дикими зверями, и птицами небесными, и всякой живностью, что ползает по земле. Я уничтожу на их земле и лук, и меч, и всякое оружие и дам им жить в безопасности…».
«В тот день Я дам ответ! — говорит Господь, — Я дам ответ небесам, а они — земле. Земля даст ответ зерну, и вину, и маслу, а они дадут ответ Изреелю. Я посею ее для Себя на этой земле, и помилую Непомилованную. Я скажу Не Моему Народу: „Ты Мой народ”, а он скажет Мне: „Бог мой”».
(Ос. 2:18, 21-23)

Но в то же время, он предупреждает, что природа страдает из-за последствий человеческого греха и социальной несправедливости в народе

«3а это иссохнет земля и поникнут все обитатели ее: и дикий зверь, и птица небесная. Даже рыбы в море погибнут». (Ос. 4:3)

Особый вред окружающей среде приносит война, и пророк Аввакум предупреждает

«Тебе сполна будет отплачено за жестокость по отношению к Ливану; будешь трястись от страха из–за того, что уничтожал скот, проливал кровь людей, опустошал землю, города и всех их жителей» (Авв. 2:7)

Как отмечают исследователи Ветхого Завета, в частности Кристофер Райт, «Ливан» — это фигура речи, означающая леса, благодаря которым прославилась эта страна, на что наводит параллель с животными. Наконец, выражение «Новое небо и новая земля», рслужит прекрасным введением в пророчество о восстановленной земле, на которой люди будут трудится с радостью, сажать виноградники и строить дома, свободной от печали и слез, и с безопасной окружающей средой (Ис. 65:17-25). В Исайи 65 описание надежды является сценой мирного земного существования: дома строятся и населяются; виноград насаждается и собирается; дети рождаются и вырастают; долголетие становится нормой; охотник и добыча живут в мирном сосуществовании.

«Волк и ягненок будут пастись вместе, будет лев, словно бык, солому жевать… Зла и вреда уже не станут творить на Моей святой горе, – говорит Господь» (Ис. 65:25).

Ясным образом, видение Исайи не описывает ни отсутствие земли, ни окружающей среды.

В видении Иезекииля восстановленного Храма и земли (см. Иез. 47:1-12), пророк подчеркивает дающую жизнь реку воды, вытекающей из Храма, с деревьями, растущими по обоим берегам реки. Везде, где текут воды – процветает жизнь. Соленое море и его бесплодная среда становятся пресной водой и изобилует жизнью: повсюду плавает много рыбы, у берегов растут деревья. Для Иезекииля, плоды их не появляются в определённый сезон, а растут ежемесячно, и их листья служат для исцеления и не увядают.

Литература мудрости также утверждает владычество Господа над всей землёй и Его заботе. Согласно книге Псалтырь, земля — это божественная собственность (Пс. 23:1) и божественный дар (Пс. 113:24). В книге Иова, когда Бог обращается к Иову в контексте перечисления величественных дел творения, Он сам заявляет, что «под всем небом все Мое» (Иов 41:3). Из речей Бога в книге Иова ясно, что не все творение должно рассматриваться в качестве подчинённого человеческим интересам. Притчи распространяют границы нравственного поведения за границы человеческих отношений: «Праведник и скотину пожалеет, но милость нечестивца — хуже жестокости» (Притч. 12:10).

В апокалиптической литературе часто встречается риторика разрушения. И здесь у нас возникает проблема: как нам понимать причудливый язык апокалиптики? О чём нам говорят образы разрушения? Учёные до сих пор ведут дискуссию на эту тему. Некоторые считали, что иудеи первого века ожидали уничтожения физического мира. Многие современные авторы не согласны с этой точкой зрения и предостерегают от буквального прочтения. Большую часть апокалиптической литературы необходимо читать как сложную систему метафор, насыщающих пространственно-временную реальность ее полным, то есть богословским значением. Прежде всего, следует сделать акцент, что язык апокалипсисов не изобразительный, не референциальный и не газетный, но экспрессивный язык поэзии, который использует символы и образы, чтобы передать смысл или ощущение мира.

Тем, кто хотел говорить или писать о грядущем дне были доступны разные языки. Первым делом приходило на ум сравнение с исходом; а поскольку исход часто уподоблялся самому творению, метафоры творения тоже сюда подходили. Так Иеремия описывает изгнание, как отмену творения: «Я посмотрел на землю — она безвидна и пуста, взглянул на небо — там нет света» (Иер. 4:23). А автор апокрифа Завет Моисея, описывая вмешательство Бога, говорит: «солнце не даст света, и во мрак обратятся рога луны и сокрушатся, и все обратится в кровь, и круг звезд смешается, и море отступит до бездны, и источники вод иссякнут, и реки высохнут» (Зав. Моис. 10:5-6). Можно выделить несколько тем, которые более или менее часто встречаются в апокалиптике: восстановление страны, восстановление монархии, воссоединение народа, Иерусалим и Храм, восстановление мира. Апокалиптика приносит чувство ответственности по отношению к миру, потому что она питает надежду на его преобразование. Социальное действие становится бессмысленным без апокалиптики, потому что нет никаких оснований в прошлом ожидать, прочного изменения к лучшему в людских делах.

В итоге мы можем сказать, что эсхатология и само понятие «спасение» были прочно связаны с земным существованием. Было ожидание, что Бог вмешается в земной ход истории и избавит Свой народ, но никак это избавление не воспринималось, как уход из этого земного мира на небеса, либо куда-либо ещё. Использование апокалиптикой риторики разрушения, как правило метафорическое – оно либо делает аллюзию на события Исхода или отмены творения, либо использует его для описания величия Бога. Ветхий Завет затрагивая социально-экономическую сферу жизни Израиля, не минует и экологическую (хотя мы понимаем, что напрямую об экологии не говорится, так как вред окружающей среде не наносился в таких масштабах как сейчас). Следовательно, ожидая восстановление справедливости в социально-экономической сфере в эсхатологическом будущем, вполне обоснованно ожидать и восстановление экологии. Тем более, что пророки осуждают разрушающую деятельность человека, например, войну, причём вина вменяется не только за человеческие жертвы.

No Comment

You can post first response comment.

Leave A Comment

Please enter your name. Please enter an valid email address. Please enter a message.