Аналитическая психология юнга

Аналитическая психология юнга

Основные позиции аналитической теории К. Г. Юнга

Личность, с точки зрения К.Г. Юнга, дихотомична. Самыми Важными составляющими личностной структуры он так же, как и Фрейд, считает две противоположные субстанции: сознание и бессознательное, причем в этой паре более важное значение он придает бессознательному. Он полагал, что личность детерминирована не ее опытом, обучением или воздействием среды, а появляется на свет с уже заданным целостным жизненным эскизом, окружающая среда вовсе не дарует личности возможность ею стать но лишь выявляет то, что было в ней заложено.

Функция сознания, по мнению К.Г. Юнга, эфимерна, оно только поддерживает взаимоотношение психических содержаний эго и осуществляет «все сиюминутные приспособления и ориентации, отчего его работу можно сравнить с ориентировкой в пространстве».

Бессознательное, согласно теории К.Г. Юнга, — это совокупность всех психических явлений, не обладающих свойством сознательности. Он определил его как предельное психологическое понятие, покрывающее все те психические содержания или процессы, которые не осознаются, т.е. которые не отнесены воспринимаемым образом к нашему эго.

Психическая деятельность человека, по мнению К.Г. Юнга, протекает следующим образом. Состояние сознания, обусловленное взаимодействием человека с конкретной действительностью, вызывает активизацию бессознательного, сублимирующего в сознание материал, необходимый для адаптации к этой действительности. Таким образом, бессознательное по отношению к сознанию обладает компенсаторной функцией и для этого оно содержит все необходимые элементы для психического здоровья своего носителя, для саморегуляции психического как целого. Однако в личном психическом опыте человека эта компенсаторная функция обычно не осознается, а проявляется через нераспознаваемые человеком его собственные мотивы и побуждения, сновидения, подавленные аффекты и т.п.

Бессознательное человека расслаивается на две составляющие: индивидуальное, или личное бессознательное, и коллективное бессознательное. Среди них коллективное бессознательное является базовым элементом не только в структуре бессознательного, но и личности в целом.

Содержание индивидуального бессознательного обусловлено личным опытом индивида. Оно охватывает все приобретения личного существования, в том числе забытое, вытесненное, воспринятое под порогом сознания, подуманное и почувствованное. Это та часть бессознательного, которая может быть осознана.

Коллективное бессознательное — структурный уровень человеческой психики, содержащий наследственные элементы. Это базовый внеличностный компонент личности или трансперсональная психика. По выражению К.Г. Юнга, оно содержит все духовное наследие человеческой эволюции, рождаемое каждый раз заново в мозговой структуре бтдельного человека. Он полагал, что ребенок — не чистая доска, на которой жизнь записывает свои письмена. На этой доске с момента зачатия отмечены некоторые мировые общечеловеческие свойства в виде автономно функционирующих систем, которые он обозначил как архетипы.

Архетипы, или «архаические остатки», согласно теории К.Г. Юнга, которая в свою очередь опирается на мнение историков культуры, можно обнаружить в мифологических мотивах. Он полагал, что как строение тела восходит к общей анатомической структуре млекопитающих, так же и основой психики является «безмерно древнее психическое начало». К.Г. Юнг сравнивал архетип с инстинктом, который определяет поведение на биологическом уровне, и считал его регулятором психической жизни, организующим и направляющим психические процессы. Архетипы могут проявить себя в сознании в качестве архетипических образов и идей. В связи с этим реальным выразителем архетипов могут выступать символы и мифы, а вся мифология может рассматриваться как проекция бессознательного. Теоретически возможно любое число архетипов. К архетипам К.Г. Юнг относил и все части личности: сознание и бессознательное, а также их составляющие.

Составляющими элементами сознания являются эго и персона. Эго — это центральный комплекс сознания, но в целом оно переживает себя как центр психического и в связи с этим играет основную роль в сознательной жизни. Персона (persona — лат. «актерская маска») — социальное «Я» или роль человека, проистекающая из общественных ожиданий и обучения. К.Г. Юнгом она связывается также с идеальными аспектами личности. Это визитная карточка «Я»: манера говорить, мыслить, одеваться, социальная роль, способность самовыражаться в обществе. Обычно свое «Я» или эго человек отождествляет со своей персоной. Однако К.Г. Юнг считает это ошибкой, т.к. персона — это всего лишь во многом случайная роль, которую человек играет в своей жизни благодаря сложившимся обстоятельствам. Однако персона может иметь и положительное значение, т.к. она отвечает за адаптацию человека, за выбор приспособительных действий при взаимодействии его с различными сторонами социальной жизни. Негативная сторона персоны проявляется в возможности потери индивидуальности при отождествлении эго с персоной и отвержении внутренней жизни, и тогда поведение и вся жизнь человека предопределяется только коллективными ожиданиями.

Наиболее значимыми составляющими индивидуального бессознательного являются тень, анима (анимус) и самость.

Тень — один из личностных архетипов. Ее содержание — это вытесненные при формировании персоны желания, тенденции, переживания, которые отрицаются сознательным эго как несовместимые с ней.

Архетипическими образами тени являются те, которые вызывают неприятие, страх и отвращение. Тень как психическая субстанция требует от эго своей реализации, однако этой реализации препятствует персона. Тень и персона антагонистичны, находятся в компенсаторной взаимосвязи. Выраженная конфронтация между ними может перерасти в невротическую вспышку. Эту ситуацию конфронтации эго может также переживать как укоры совести, моральную проблему выбора.

Анима — бессознательная, женская сторона личности мужчины. Анимус — бессознательная, мужская сторона личности женщины. Архетипическая анима проявляется в четырех главных мифологизированных образах: мать, соблазнительница, девственница и София. Архетипический анимус проявляется в виде следующих образов: мужчина-атлет, инициативный мужчина, умный мужчина, мудрец.

По мнению К.Г. Юнга, у женщины также есть и анима, которая обусловлена ее взаимоотношениями с собственной матерью, а у мужчины — анимус, содержание которого определяется его отцом.

Самость — архетип целостности, основной регулирующий центр личности. Это объединяющий сознание и бессознательное принцип. В ней заключена индивидуальная неповторимость человека и поэтому она является высшей властью в судьбе индивида. К.Г. Юнг писал, что самость — это наша жизненная цель, потому что это наиболее полное выражение того судьбоносного сочетания, которое мы называем индивидуальностью.

Архетипическими мифическими образами самости являются «сверхординарные личности», такие, как король, спаситель, пророк и сам Бог. Она символически отражена и в целостных символах: круг, квадрат, крест, монада, квадратура круга, дао и т.п.

Поскольку центральным звеном в личности является самость, которая определяет действия человека и его судьбу в целом, то основным психическим процессом, направляющим любую его деятельность, согласно теории К.Г. Юнга, выступает индивидуация (индивидуализация).

Индивидуация — это процесс становления, «путь к себе» или «самореализация», это основное стремление души, это потребность ее быть индивидуальной, обособленной от общего коллективного сознания. Она есть реализация самости. Она является естественно необходимой для личности, поскольку проявляется и физиологически. Существенная задержка индивидуации, по мнению К.Г. Юнга, может привести к психическому расстройству. Архетипическими отражениями процесса индивидуации К.Г. Юнг считал путь героя в символизме мифа и сказки и добычу философского камня, золота или панацеи в символизме алхимии.

Аналитическая психология Карла Юнга

Аналитическая психология Карла Юнга – одна из областей психологии, которая базируется на введенных К. Юнгом понятиях коллективного бессознательного, архетипа, процесса индивидуации и др.

Карл Густав Юнг – один из основоположников психоанализа, расширивший понимание механизмов психики благодаря введению термина «коллективное бессознательное», изучавший мифы, легенды и символы. Изначально он практиковал и развивал психоанализ, но со временем все больше отходил от канона. З. Фрейд критиковал К. Юнга за излишний мистицизм и увлеченность бездоказательными утверждениями, а последний все больше убеждался в своей правоте и создал собственный подход.

Отличие направления юнгианского анализа от фрейдизма отражает уже понятие «либидо», которое у Юнга наделено более обширной ролью. Оно, по мысли Юнга, не является только сексуальной энергией, это психическая энергия, которая выражается в духовном, интеллектуальном и творческом развитии. К тому же Юнг отошел от представления, в котором бессознательное содержало лишь личный опыт человека, разделив бессознательное на личное и коллективное.

Таким образом, структура психики, по мысли Юнга, представляет собой:

  • Эго, включающее все то, что человек вполне осознает. Эго ответственно за чувство преемственности, непрерывности опыта жизни.
  • Индивидуальное бессознательное, которое аналогично фрейдовскому бессознательному. Забытые и подавленные эмоции, мысли, воспоминания.
  • Коллективное бессознательное – наиболее противоречивая и оригинальная часть учения Юнга. В нем заключен опыт наших предков.

Психоаналитическая концепция Юнга признает психику саморегулирующейся, помогающей человеку полноценно жить системой. У депрессии и тревоги, к примеру, он признает полезные качества: эти состояния привлекают внимание человека к дисбалансу в психике.

В психологии, разработанной Юнгом, главным остается по сей день взгляд внутрь, ибо пока мы смотрим по сторонам, мы спим. Достигается настоящая полноценная жизнь все большим осознанием бессознательных процессов, что правят нами. Что же скрывается в бессознательном, на что нам следует обратить взгляд?

Мир снов, духов, символов и история

Юнг находил повторяющиеся образы в сказках, легендах, мифах, историях древних народов и в снах, фантазиях людей, живущих спустя тысячи лет, наверняка не знающих ни символов алхимиков, ни религиозных текстов раннего христианства, ни апокрифов гностиков.

На этом основании у Юнга родилось предположение-концепция, что есть некие первичные, исконные образы, которые и вызывают повторение повсеместно и без какого-либо научения. Эти исходные образы, находящиеся где-то в психике каждого индивида, одинаковы и действуют на всем протяжении сознательной жизни человечества.

Система образов, которые были названы Юнгом архетипами, запечатлена в самом нашем организме, в способе восприятия действительности. Воображение, мышление подчинено исходным, древним образам, проходит через их призму.

Рекомендуем: Клиническая психология

Основатель аналитической психологии проводил параллель с инстинктами, мотивами. Мотивационная сила, содержащаяся в каждом человеке и животном, существует до осознания и ей никто никогда не обучал. Как мы знаем, она зависит от устройства нашего тела, нейрогуморального механизма. Предположение Юнга состояло в том, что архетипы являются моделями реализации побудительных мотивов, скрытые в той части бессознательного, которое содержит опыт всего человечества.

Архетипы – это, по мнению Юнга, особые клубки энергии, они подобны привычкам, но присущи всему роду человеческому. Привычки реагировать, чувствовать, жить, видеть и воспринимать определенным образом. Поэтому Юнг и поместил архетипы в коллективное бессознательное. Оно в свою очередь есть опыт наиболее существенных чувств и переживаний наших предков.

Доводы из нашего времени

Долгое время считалось, что от одного человека к другому физически ничего, кроме генотипа, не передается. Гены от образа жизни не меняются. А как еще может появиться на уровне организма информация о жизни предков?

Оказалось, что вполне может. Это показало исследование, проведенное в 2014 году, результаты которого были опубликованы в “Nature Neuroscience”. В зависимости от того, какой опыт переживали мыши, их потомки вели себя по-разному: их реакции отличались от контрольной группы мышей, они реагировали на раздражители, связанные с прошлым предков, так, будто сами переживали в своей жизни что-то подобное родительскому опыту.

Рекомендуем: Глубинная психология

Ученые объяснили это так: геном действительно остается неизменным, но кое-что изменяется: экспрессия того или иного гена, связанного с опытом мышки-родителя. Экспрессия гена влияет на чувствительность определенных клеток в организме, с которыми он связан. А это в свою очередь изменяет ощущения, реакции и чувства.

Стоит добавить кое-что еще. Во-первых, реакция на раздражитель, что был у первой группы мышек, наблюдалась и у внуков этих мышек. Во-вторых, ни второму поколению, ни третьему повторного стимула не предъявляли, но реакция была все же заметна. А ведь люди на протяжении миллионов лет сталкивались со сходными сильными раздражителями, поэтому реакции должны были бы только закрепляться.

Всего этого во времена Юнга не знали, и он вряд ли мог предполагать такой поворот событий. Он считал, что любые опыты по доказательству существования коллективного бессознательного и его образов невозможны.

Исконные образы

Архетипы Юнга – образы, возможности, представления, которые есть в нас без научения, до осознания (в коллективном бессознательном), действуют повсеместно и у всех людей. Юнг считал, что они оказывают огромное влияние на наше поведение, на наши суждения, чувства и желания, хоть мы этого и не осознаем, что иногда ведет к выходу архетипа из-под контроля. Это вид или модель, которую принимает побудительная сила в нас.

Понятие «Эго» у Юнга не сохранило своего изначального значения, полученного от Фрейда (Ид, Эго, Супер-Эго). Юнгианство понимает его как динамичную структуру представлений о себе, без развития – очень ограниченную. Аналитики стремятся к тому, чтобы Эго осознало свои собственные ограничения, увидело себя как небольшой остров в океане личного и коллективного бессознательного. Интеграция сознательного и бессознательного названа Юнгом процессом индивидуации.

Для осознания и приближения раскрытия себя Юнг считал необходимым диалог с архетипами или их разбор. Архетипов достаточно много, но автор аналитической психологии выделил следующие как основные:

1. Тень

Юнг определял Тень как утраченные воспоминания, вытесненные представления, подпороговые восприятия (недостаточно яркие и сильные, поэтому оставшиеся вне сознания). Тень – это сумма скрытых свойств, которые невыгодно признавать человеку в самом себе.

Люди постоянно забывают, что они сделали. Юнг старался напомнить людям, что совсем недавно ужасные вещи творились по всей земле – колонизация, войны, геноцид. Наша история полнится катастрофами, и Юнг это назвал проявлениями «обычной человеческой Тени», которую мы не хотим замечать, но если отказаться от этого знания, то предотвратить повтора не удастся.

Зло, что живет в человеке, грандиозно, оно присуще человеческой природе, вот о чем напоминает нам Юнг. Это и есть первородный грех, что тянется за нами из века в век. Именно люди совершали в прошлом зверства, и мы также являемся людьми, которые совсем не безобидны, а способны на величайшие злодейства.

Рекомендуем: Механизмы психологической защиты

И каждый человек должен обладать знанием о своей способности творить зло: пока он закрывает на это глаза, он может быть превращен в орудие зла. При этом Юнг полагал, что от контакта с другими интересами содержания Тени могут меняться к лучшему, но для этого их сначала нужно вывести из бессознательного.

Тень, по мнению Юнга, проецируется на других, поэтому мы видим в других свою собственную темноту. В литературе Тень – это, например, библейский змей-искуситель, а также мистер Хайд из романа Стивенсона.

2. Персона

Юнг определял её комплексом, противоположным Тени. Её содержание составляет все то, чем человек хочет быть, как он себя показывает миру. Она наиболее близка сознанию, создает социальную маску, соответствие социальным ролям.

3. Анима/Анимус

По мысли Юнга, это вытесненные из сознания мужчины или женщины черты противоположного пола. Коллективное бессознательное несет информацию обо всех женщинах и мужчинах прошлого, и у мужчины персонифицируется в женщину Аниму, а у женщины в образ мужчины – Анимуса.

При благоприятной интеграции – осознании своих вытесняемых мужских и женских черт – человек способен к плодотворной и активной жизни. Мужчина легче понимает символы, использует свою интуицию, становится более чувственным и легким. А женщина удаляется от размытости и фантазийности, приближаясь к строгости, осмысленности.

Рекомендуем: Что такое гедонизм?

Архетип может овладевать личностью. Юнг называл это одержимостью или идентичностью Эго с комплексом. Сознание человека в этот момент чрезвычайно ослабленное, содержания бессознательного выходят на сцену.

Согласно воззрениям Юнга, человек, одержимый Тенью, ведет себя всегда на самом низком уровне развития, который ему доступен. Одержимость Анимой или Анимусом придает особую выразительность чертам личности, свойственным противоположному полу. Мужчина становится чрезвычайно женоподобен, а женщина – маскулинна.

Будучи обращенными к миру, эти образы теряют всю привлекательность. Анима тогда становится непостоянной, вздорной, невыносимой, Анимус – деспотичным догматиком, спекулятором, цепляющимся бесконечно к мелочам. Они совершенно не умеют выбирать: она – людей, он – мнения.

4. Самость

Центральный архетип человека, бессознательное чувство целостности личности. Посредством процесса индивидуации достигается идентификация с Самостью. В ней находятся содержания сознания и бессознательного. Юнг считал, что полное сознание Самости вряд ли возможно. Если понимать Эго как центр сознания, то Самость есть центр всей суммы содержаний психики. Именно в Самости отражен принцип индивидуальности, она является конечной целью, так как полностью выражает человека.

Роль для личности. Интеграция

По мнению Юнга, люди путают самопознание и знание своего Эго, отчего рождаются губительные иллюзии. Им кажется, что осознание явленных в Эго содержаний – уже достижение. Юнг сравнивал подобное мнение с тем, как средний человек, живущий в теле и с телом, практически ничего не знает о его анатомии и физиологии.

Чтобы узнать анатомию психики, познать Себя, необходимо прикоснуться к бессознательному – и не только личному, но и коллективному. Большинство же чаще отскакивает от бессознательного и не стремится проникнуть чуть глубже наивного мнения о себе.

Рассуждая, Юнг удивлялся тому, каким образом в представлении людей укладывается мысль о верховенстве сознания. Бессознательное вело человека долгие тысячелетия к сегодняшнему дню, оно явно обладает большей мудростью и отлично приспособлено к окружающей среде.

Рекомендуем: Высшие психические функции

Истинные мотивы, истинные желания, истинные страхи – вот что называет Юнг отличием истинного знания о себе от маски. Именно через него можно приблизиться к осознанному существованию и полноценной жизни.

Основное предназначение Эго – это налаживание контакта с архетипом цельности – Самостью. Последняя понимается как центральный принцип организации психики – фундаментальный и важный аспект личности человека, дающий единство, смысл, направление и цель.

Процесс индивидуации – ключевое понятие, которым оперирует аналитический подход Юнга. Это естественный процесс развития личности, включающий в себя постепенное движение к проявлению всех истинных элементов личности. Этот процесс никогда не бывает полным, так как личность – динамическая система.

Индивидуация позволяет наладить контакт между сознанием и бессознательным. Как только устанавливается первичная связь с оставленными далеко позади содержаниями бессознательного, начинает вырисовываться Самость. Если продолжать убегать от бессознательных содержаний, то они захватят человека и ниспровергнут его.

Но если попытаться интегрировать содержания, то обретается внутреннее единство, индивидуальность. Поэтому Юнг считал процесс индивидуации путем к себе, самореализацией. Примерно процесс индивидуации можно описать следующим образом:

  • Осознание и анализ Персоны.
  • Приближение к Тени, отказ от проекций.
  • Контакт с Анимой/Анимусом.
  • Интегрирование содержаний, развитие Самости.

Самым сложным этапом обретения себя Юнг считал раскрытие нашей Тени. С ней связаны элементы, которые мы считаем отрицательными. Мы не хотим взаимодействовать с этим, не хотим признавать Тень своей. Но вытесненные идеи и мысли не всегда негативны: к примеру, мы можем вытеснять то, что считаем слабостями – способность к сочувствию, переживанию, чувствительность, мягкость.

По Юнгу, человек не достигает интеграции одномоментно, это динамический процесс, в котором он постоянно перемещается с одного уровня на другой, все глубже постигая то, что находится за порогом сознания. В целом Юнг был уверен, что процессы трансформации уже находятся в нашем бессознательном, поэтому психологический кризис часто разрешается естественным путем. Чтобы расшифровать послания бессознательного и максимально успешно прийти к избавлению от проблем, следует просто прислушиваться к ощущениям, чувствам, побуждениям.

Типирование

Аналитическая психология Юнга обогатила нас такими понятиями, как «экстраверсия» и «интроверсия», а также представлениями о типах сознания по ведущей функции. Экстраверт направлен вовне, к объектам, а интроверты больше направлены внутрь, к собственной психической жизни. Взаимодействие людей с миром определяется ведущей функцией:

  • Мышление. Мыслительный тип людей обычно использует логику и аргументы для понимания мира, других людей, в суждениях о ценности вещей.
  • Чувство. Эмоциональный тип людей производит оценку происходящего в зависимости от эмоций и чувств, что вызывают в нем вещи, люди, события.
  • Ощущение. Ощущающий тип живет впечатлениями, ощущениями. Для него особую ценность представляют конкретные факты переживаний – звуки, вкус, запахи.
  • Интуиция. Интуиты руководствуются предчувствиями, догадками.

Психоаналитическая концепция Юнга ставит характер в зависимость от одной из этих функций, а также интроверсией или экстраверсией для каждого из типов. Люди выстраивают свой тип взаимодействия с миром, руководствуясь доминирующей функцией, и при этом с трудом понимают тех, у кого доминанта отличается.

В процессе индивидуации человеку необходимо развивать все четыре функции. Понять, какие из них недостаточно развиты, можно по тому, как человек относится к людям, живущим не так, как привык жить он. По утверждению Юнга, все, что раздражает нас в других, приводит к пониманию самих себя.

Современность

Основоположник аналитической психологии призванием психоаналитика называл прояснение индивидуальных импульсов, приближение к формулированию человеком его собственных суждений и решений. Современная аналитическая психология видит величайшую цель человека в приближении к Самости.

Аналитическая психотерапия направлена на то, чтобы установить постоянные отношения между сознанием и бессознательным, выраженным в процессе индивидуации. Основной целью осознания является обретение психологического равновесия и целостности, а также облегчение страданий.

Направление психотерапии обогатилось тем, что Карл Юнг внес в аналитическую психологию понятие об инстинкте подражания. Краткий экскурс: Юнг определил инстинкт животных как «побудительную силу», между тем утверждая, что у человека инстинкты «изрублены» и распознать начальные формы можно только у нескольких основных (половое влечение, жажда власти и их производные), а затем сказал о том, что способность к обучению – это нечто иное, чем производное животного инстинкта подражания. По мнению Юнга, способность к обучению уводит нас все дальше и дальше от инстинктов к трансформациям поведения.

Рекомендуем: Как развить силу воли?

И именно эта способность выглядела для Юнга причиной психических проблем, вызванных пропастью между человеком и его инстинктивной природой, то есть конфликтом сознательного и бессознательного. По мысли Юнга, человек утрачивает самого себя, а на место своей истинной сущности ставит представление о себе, выдумку, удобный образ.

Поэтому Юнг предостерегал от излишнего интеллектуализма, потому что он заменяет человека на его симуляцию, мы становимся призраками самих себя и часто задаем один и тот же вопрос: «А не имитирую ли я свою жизнь?»

Терапия способствует психологическому росту, может успешно справляться с депрессией и тревогой. Путем перегруппировки сознательных и бессознательных аспектов создаются новые ценности и цели, открываются пути и приходит более глубокое понимание жизни.

Сессии обычно проводятся 1-4 раза в неделю в течение нескольких лет. В процессе терапии в центре внимания находится опыт клиента – опыт настоящего, прошлого, чувств, размышлений, мечтаний и фантазий. Длительный срок терапии объясняется сложностью процесса слома старых, укорененных моделей мышления и нелегким делом раскрытия бессознательного сознанию.

Различие между юнгианским анализом и терапией заключается в том, что ключевое направление анализа – понимание содержания бессознательного клиентом, терапия же фокусируется на облегчении симптомов. Анализ разбирается в мотивах действий и мыслей, это глубокая рефлексивная практика, приводящая к длительным и масштабным изменениям в личности.

Небольшая популярность направления, созданного Юнгом, объясняется сложностью его идей и их противоречивостью. Психоаналитическая теория характера, впрочем, пользуется широким признанием и используется во множестве типологий. Екатерина Волкова

Теория сновидений К.Г. Юнга

По Юнгу, сны играют важную дополнительную (или компенсаторную) роль в психике. «Общая функция снов — попытаться восстановить наш психологический баланс продуцирования материала сна, который восстанавливает трудноуловимым способом общее психическое равновесие».

Юнг подходит к сновидениям как к живым реальностям. Их надо получить посредством опыта и внимательно наблюдать. Иначе их понять невозможно. Уделяявнимание форме и содержанию сновидения, Юнг, пытался раскрыть значение символов сна и при этом постепенно отходил от свойственного психоанализудоверия к свободным ассоциациям в анализе сновидений. Для интерпретации снов не может быть простой механической системы, так как сон связан с символами, имеющими более одного значения. Анализ сна должен предприниматься с учетом аттитюдов, опыта и биографии сновидца. Помощь аналитика важна, но в итоге только сновидец может знать, что означает сон. «Образ является сконцентрированным выражением психической ситуации, не единственным и даже не преобладающим — простым и чистым содержанием бессознательного.

Джереми Тейлор, признанный авторитет в юнгианской теории сновидений, постулирует основные предположения относительно снов:

  • 1. Все сны служат здоровью и целостности.
  • 2. Сны не просто рассказывают сновидцу то, что он или она уже знает.
  • 3. Только сновидец может с уверенностью сказать, может ли произойти то, что означает сон.
  • 4. Не бывает сна только с одним значением.
  • 5. Все сны говорят на универсальном языке, языке метафоры и символа.

Более важным, чем когнитивное понимание сна, является его понимание как акта извлечения опыта из материала сна и принятия этого материала всерьез. Сны следует рассматривать не как изолированные события, но как сообщения, идущие из бессознательного. Сон — процесс, создающий диалог между сознанием и бессознательным как важный шаг их интеграции

В неспособности интегрировать сознание и бессознательное, которые комплиментарны по своей природе, кроется причина психических заболеваний. Для достижения нормального состояния развития психотерапевт должен использовать архетипы коллективного бессознательного, которые воплощаются в некие видимые формы. Эти архетипы могут быть выявлены в процессе анализа сновидений и их интерпретации. На место свободных ассоциаций Фрейда Юнг ставит амплификацию, «направленные ассоциации он использует для выявления символов и мотивов бессознательного, для того, чтобы раскрыть значение сновидения и понять проблему пациента».

Утраченная гармония между сознанием и бессознательным может быть восстановлена с помощью сновидений. Они приносят воспоминания, инсайты, переживания, пробуждают скрытые качества личности и раскрывают бессознательные элементы в их отношениях. Благодаря их компенсаторному поведению анализ сновидений открывает новые взгляды и пути выхода из тупика.

В сериях сновидений выделяется феномен, чем-то напоминающий процесс развития внутри личности. Отдельные акты компенсации превращаются в подобие плана, ведущего к одной общей цели, словно шаги на пути развития. Этот процесс спонтанного самовыражения в символике серий сновидений Юнг назвал процессом индивидуации.

Толкование сновидений невыполнимо без знаний мифологии и фольклора, без понимания психологии древности и примитивных народов, а также религий. Это помогает выделить сущностный момент процесса индивидуации, который лежит в основе психологической компенсации.

Юнг разделяет сны на «большие», «средние» и «маленькие», или как мы можем сказать, на важные, средние и незначительные сновидения.

«Маленький» сон — это ночной фрагмент фантазий, которые пришли из субъективной и личной сферы и ограничен влиянием одного дня. Такие сны легко забываются, так как отражают ежедневные флуктуации психического баланса.

В «средних» сновидениях можно выделить структуру, сходную со строением драмы: описание места, развитие интриги, кульминация или перипетии, решение или результат.

Сущность сновидческих действий заключается в некоторой компенсации односторонности, ошибок, отклонений или других недоработок сознательной позиции. Юнг считает, что многие люди «склонны поддаваться предрассудку о том, что сновидения преследуют некие моральные цели, что они предостерегают, порицают, утешают, предсказывают будущее». В этот период своего творчества он призывает не переоценивать бессознательное, так как это может привести к ухудшению процесса принятия сознательных решений. Бессознательная функция действует успешно когда выполняет требования сознания в ограниченном количестве. Сновидение может помочь там, где в этом есть необходимость, или подсказать решение тогда, когда наши усилия потерпели полный провал, но бессознательное не занимает доминирующей позиции по сравнению с сознанием.

«Большие» (важные) смысловые сны часто помнятся всю жизнь и отказывают большое влияние на психический опыт. Они содержат символические образы, которые мы встречаем на протяжении всей истории человечества. В этих снах, относящихся к процессу индивидуации, мы находим мифологические мотивы или мифологемы, которые Юнг обозначил как архетипы. Они могут быть поняты как особые формы и группы образов, которые встречались не только везде и во все времена, но и в индивидуальных сновидениях, фантазиях, видениях и иллюзорных идеях. Юнг убежден, что человеческая психика уникальна и субъективна, и в тоже время личностна только частично, так как в глубине своей она коллективна и объективна.

«Большое», несущее смысл сновидение поднимается с глубинного уровня коллективного бессознательного, сохраняя свое значение, отличающееся от субъективного выражения, которое оно использует, благодаря пластичности форм. Такие сновидения чаще встречаются в критические моменты жизни. «Этот архетипический продукт не связан с личным опытом, а связан с основной идеей, чей смысл заложен внутри нее, а не в личном опыте и личных ассоциациях» (Jung C. G., On the Nature of Dreams, The Structure and Dynamics of the Psyche, pp. 288-296).

Некоторые сновидения могут быть осмыслены только с помощью мифологии, когда становится понятно, что мы столкнулись с коллективной эмоцией, типичной ситуацией, полной аффекта, которая не пришла напрямую из личного опыта. Это может быть универсальная проблема, которая, появившись в чьем-то субъективном мире, вывела себя в сознание сновидца как объективную.

Силы бессознательного могут взять верх на «маской» человека, в форме архетипического сновидения. Сновидение использует коллективные образы и фигуры, потому что выражает извечные человеческие проблемы, которые повторяются бесконечное число раз, и не связаны с нарушением только индивидуального равновесия.

Универсальные законы человеческой судьбы разбивают цели, ожидания, взгляды, принадлежащие личному сознанию. Эти размышления связаны со смыслами «больших» сновидений, с процессом реализации той части личности, которая еще не воплотилась, а находится в процессе становления.

Итак, сны создают важные компенсации. Они не очевидны и не понятны. Сны — это природная случайность, а природа не склонна приспосабливаться к человеческому сознанию. Мы можем усилить эффект компенсации, поняв сновидение, и это необходимо, поскольку голос бессознательного так легко становится неслышным.

В 1957 году Юнг прочел лекцию «о синхронистичности» и в этом же году опубликовал одноименную работу. В этой работе компенсаторная функция сновидений не упоминается, но образы сновидений встраиваются в такой ряд событий, который невозможно объяснить с точки зрения причинности. Приводя пример такого ряда из шести событий, где ключевым образом является «рыба» (и сновидение с образом рыбы в том числе), Юнг все же считает эту группу событий совпадением. Приводя еще один случай совпадений, он пишет, что «иногда трудно отделаться от впечатления, что имеет место предчувствие наступления серии определенных событий» . Особо возникает вопрос: что побуждает человека запоминать то первое событие, которое создает основу серии случайных событий.

«Чем больше нагромождается «предвиденных» деталей события, тем сильнее впечатление существования предчувствия, и тем невероятнее кажется случайность». Следующий пример особенно ценен тем, что иллюстрирует совпадение сновидения и события в бодрствующем состоянии, которое произошло с другом Юнга, когда он узнал город из своего сна. «Он нашел и площадь, и собор, которые точно соответствовали тем, что приснились ему.… Не успел он повернуть за угол, как на самом деле увидел карету, запряженную двумя булаными лошадьми»

Юнг обнаружил, что «ощущение уже виденного» (sentiment du deja-vu) в большом количестве случаев основывается на предчувствии во время сна (это предчувствие может посетить и во время бодрствования). «В таких случаях простая случайность становится крайне маловероятной, потому что совпадение известно заранее. Оно утрачивает свой случайный характер не только психологически и субъективно, но и объективно, поскольку накопление совпадающих деталей неизмеримо уменьшает вероятность случайности, как определяющего фактора». Если в данных случаях неуместно говорить о «случайности» происходящего, то это уж вопрос «смыслового совпадения». «Как правило, его объясняют предчувствием — иными словами, предвидением». Можно говорить и о ясновидении, телепатии и т. п., но это, по мнению Юнга, «не научные концепции, которые могут считаться формулировкой принципа, ибо никому еще не удалось построить причинный мост между элементами, образующими «смысловое совпадение». Так как причинное объяснение невозможно дать, то остается назвать эти «невероятные происшествия беспричинной природы» «смысловыми совпадениями».

Опираясь на эксперименты Д.Б. Райна («карты Зенера»), Юнг считает, что психе может преодолевать пространственный фактор, а временной фактор может стать психически относительным. Концепция энергии здесь неуместна, не годится также и закон причинности.

Пример Юнга о своей пациентке, которая накануне увидела во сне золотого скарабея, и он потом влетел в окно во время сеанса психотерапии, еще раз ярко демонстрирует роль сновидений в смысловых совпадениях. Юнг считает, что эта история «не более чем парадигма бесчисленных случаев «смысловых совпадений», которые наблюдались» не только им, «но и многими другими, и обильно задокументированы».

Далее я привожу обширную цитату, где Юнг классифицирует все случаи «смыслового совпадения». «Они включают в себя все, что относится к категории ясновидения, телепатии и т.д., от подтвержденного очевидцами видения Сведеборгом большого пожара в Стокгольме до недавнего рассказа маршала авиации сэра Виктора Годара о сновидении неизвестного офицера, в котором была предсказана действительно имевшая впоследствии место авария самолета Годара.

Все упомянутые мною феномены можно разделить на три категории:

  • 1) Совпадение психического состояния наблюдателя с происходящим в момент этого состояния, объективным, внешним событием, которое соответствует психическому состоянию или его содержимому (например, скарабей), в котором не прослеживается причинная связь между психическим состоянием и внешним событием, и в котором, учитывая психическую относительность времени и пространства, такой связи не может и быть.
  • 2) Совпадение психического состояния с соответствующим (происходящим более-менее в то же время) внешним событием, имеющим место за пределами восприятия наблюдателя, то есть на расстоянии, удостовериться в котором можно только впоследствии (например, стокгольмский пожар).
  • 3) Совпадение психического состояния с соответствующим, но еще не существующим будущим событием, которое значительно отдалено во времени иреальность которого тоже может быть установлена только впоследствии.

События групп 2 и 3 еще не присутствуют в поле зрения наблюдателя, но уже ему известны, если, конечно, их реальность будет подтверждена. Поэтому я назвал эти события «синхронистическими», что не следует путать с «синхронными».

Если между параллельными событиями нельзя проследить никакой причинной связи , и единственной заметной и доказуемой связью между ними является общность смысла или эквивалентность, то это также есть основа древней теории соответствия «высшей точкой, а заодно и временным концом которой стала идея Лейбница о заранее установленной гармонии». Синхронистичность — это, по мнению Юнга современный и модернизированный вариант устаревшей концепции соответствия, взаимопонимания и гармонии, который основан на эмпирических ощущениях и экспериментах.

Интересующие нас «синхронистические феномены доказывают возможность одновременной смысловой эквивалентности разнородных, причинно не связанных друг с другом процессов; иными словами, они доказывают, что воспринятое наблюдателем содержимое может быть, в то же самое время, представлено каким-то внешним событием, причем без всякой причинной связи. Из этого следует или что психе расположена вне пространства, или что пространство родственно (связано) с психе. То же самое относится к временному (темпоральному) определению психе и к психической относительности времени».

В дополнение к вышесказанному Юнг предполагает, «что психический фактор, который модифицирует или даже исключает принципы, лежащие в основе мировоззрения физика, связан с эмоциональным состоянием субъекта».

2. 2. Метод Юнга. Получение интерференционной картины.@

Как уже отмечалось, когерентных источников света в природе не существует. Однако когерентные световые волны можно получить, если свет, идущий от одного источника, разде­лить на две (или более) части и затем заставить их встретиться. В силу общности своего происхождения полученные лучи должны быть когерентными и при наложении интерфериро­вать. Такое разделение может быть осуществлено с помощью экранов и щелей (метод Юнга), зеркал (зеркала Френеля) и преломляющих тел (бипризма Френеля).

В1803г. английский физик Т.Юнг с помощью двух ще­лей получил на экране интерференционную картину. Его опыт заключался в следующем: источником света служила ярко ос­вещенная щельS, от которой световая волна падала на две узкие равноудаленные щели S1 и S2, параллельные S (рис. 2.2). Щели S1 и S2 можно считать когерентными источниками света, а все три упомянутые щели можно рассматривать как точечные ис­точники, свет от которых распространяется во всех направле­ниях. Волны, идущие от S1 и S2, накладываясь друг на друга, ин­терферируют. Интерференционная картина наблюдается на эк­ране Э (рис. 2.2).

Обозначим расстояние между щелями S1 и S2 равным d, а между щелями и экраном — l, причем l » d (рис. 2.3 а). Точка О – центр экрана, она расположена симметрично относительно ще­лей S1 и S2. Результат интерференции волн в произвольной точке экрана М, находящейся на расстоянии х от его центра О, должен определяться разностью хода Δ = l2- l1. Математический расчет дает для разности хода Δ = хd/l. В тех местах экрана, ко­торые удовлетворяют условию , образуется интерференционный максимум. Отсюда

.

В тех местах экрана, где , волны “га­сят” друг друга и образуется интерференционный минимум. От­сюда

.

Шириной интерференционной полосы Δх называется рас­стояние между соседними максимумами или минимумами

.

Величина Δх постоянна при заданных d, l и λ и не зависит от порядка интерференции m. Таким образом, при освещении щелей монохроматическим светом на экране наблюдается чере­дование светлых и темных полос одинаковой ширины (рис. 2.3 б). Чтобы полосы были хорошо различимы, Δх должна быть по­рядка 5 мм, тогда при λ = 500 нм отношение l/d равно 10000, т.е. выполняется условие l » d.

При освещении щелей белым светом интерференционные максимумы становятся радужными. Это происходит из-за того, что положение интерференционного максимума зависит от длины волны падающего света, а белый свет содержит в себе все цвета спектра. Максимумы коротких длин волн (фиолетовых) будут располагаться ближе к центру экрана, за ними следуют максимумы синих длин волн и т.д. до самых длинных красных (рис. 2.3 в). В середине экрана при m = 0 максимумы всех волн совпадут из-за отсутствия разности хода и получится белая по­лоса.

В настоящее время высокая степень когерентности свето­вых лучей достигается с помощью лазеров.

2. 3. Интерференция света в тонких пленках.@

В природе мы неоднократно наблюдали радужную окра­ску мыльных пузырей, тонких пленок нефти и масла на поверх­ности воды и оксидных пленок на поверхности металлов. Эти явления обусловлены интерференцией света в тонких пленках, возникающей при наложении когерентных световых волн, отра­женных от верхней и нижней поверхностей пленки.

Пусть на плоскопараллельную прозрачную пластину с показателем преломленияn и толщиной d под углом i падает плоская монохроматическая волна (рис. 2.4). Рассмотрим луч 1, который, коснувшись поверхности в точке О, разделится на два когерентных луча: отраженный от верхней поверхности пленки 1’ и преломленный 1’’. Луч 1’’ пройдет пленку, частично отра­зится от нижней ее поверхности в точке С, дойдет до точки В и, преломившись, выйдет из пленки. Проведем прямую АВ, перпендику­лярную лучам 1’ и 1’’. Путь, который оба луча пройдут от этой прямой до экрана, будет оди­наковым, но от точки О до АВ путь, пройденный лучами, будет раз­личным. Найдем эту разность хода лучей Δ. С учетом показателя преломления пластинки n: Δ = =(OC+CB)·n–OA, или, как дает математический расчет, . Известно, что в процессе отражения от оптически более плотной среды, световой луч теряет поло­вину длины волны λ/2. Если пластинка находится в воздухе, то λ/2 теряет луч 1’ в точке О и выражение для разности хода при­обретает вид:

Если на пути лучей поставить собирающую линзу, а в ее фокальной плоскости – экран, то лучи 1’ и 1’’соберутся в точке М. Освещенность точки экрана будет максимальной, если раз­ность хода Δ составит целое число длин волн и минимальной, если Δ составит нечетное число полуволн.

Разберем несколько различных вариантов интерференции света в тонких пленках.

1. Полосы равного наклона.Пусть на плоскопараллель­ную пластинку толщиной d = const падает расходящийся пучок монохроматических лучей (т.е. пучок, в котором представлены всевозможные углы падения i ≠ const) (рис. 2.5). Выделим из всего множества лучей луч 1 с углом падения i1, который в результате отра­жения и преломле­ния образует лучи 1’и 1’’, и луч 2 с уг­лом падения i2, ко­торый в результате отражения и пре­ломления образует лучи 2’ и 2’’. Так как пластинка плоскопа­раллельная, лучи 1’ и 1’’, 2’ и 2’’ будут попарно параллельны и в бесконечности образуют интерференционную картину. Если параллельно пластинке расположить линзу Л, а в ее фокальной плоскости поместить экран Э, то интерференционную картину мы будем наблюдать на экране. Лучи 1’ и 1’’ встретятся на эк­ране в точке М1, а лучи 2’ и 2’’ – в точке М2. Положение этих точек можно найти, если построить побочные оптические оси, проходящие через центр линзы O и параллельные каждой паре лучей. На рис. 2.5 это пунктирные линии ОМ1 и ОМ2, соответст­венно. Необходимо заметить, что в точке М1 встретятся и про­интерферируют все одинаково ориентированные лучи, падаю­щие под углом i1. Однако, если рассмотреть луч 3 с тем же уг­лом падения i1, но иначе ориентированный по отношению к пла­стинке (см. рис. 2.5), то интерференция подобных ему лучей бу­дет наблюдаться в другой точке экрана М3, находящейся на та­ком же расстоянии от центра экрана, что и точка М1. Таким об­разом, лучи с углом падения i1, но с разными ориентациями, об­разуют на экране кольцо, освещенность будет зависеть от разно­сти хода лучей. Лучи с углом падения i2 и всевозможных ориен­таций образуют на экране кольцо с тем же центром, но другого радиуса. В итоге на экране получится интерференционная кар­тина, состоящая из концентрических светлых и темных колец, каждое из которых соответствует строго определенному углу наклона (углу падения) лучей. Поэтому данная интерференци­онная картина получила название полос равного наклона. Если линза и экран не параллельны пластине, то полосы равного на­клона будут иметь вид эллипсов.

2. Полосы равной толщины. Пусть на клиновидную пластинку малого угла наклона α (d ≠ const) с показателем пре­ломления n падает плоская монохроматическая волна (рис. 2.6). Из множества падающих на клин лучей рассмотрим лучи 1 и 2. Отраженный луч 1’ и луч 1’’ (и, соответственно лучи 2’ и 2’’) пересекутся вблизи поверхности клина и проинтерферируют.

Мысленно проведем через точки пересечения В1 и В2 плоскость, параллельно ей разместим собирающую линзу и за линзой сопря­женно с плоско­стью В1 В2 уста­новим экран Э (рис. 2.6). Чтобы определить на экране точку М1, в которой собе­рутся лучи 1’ и 1’’, надо через точку В1 и центр линзы О про­вести побочную оптическую ось до пересечения с экраном. Анало­гично построим на экране точку М2. Разности хода лучей 1’ и 1’’, 2’ и 2’’ будут отличаться из-за разных толщин клина d1 и d2. Следовательно, геометрическое место точек клина, соответствующих какой-то одинаковой толщине d определит одинаковую разность хода для всех лучей, падающих на это место. Для этих лучей на экране выполняется одинаковое условие интерференции. Таким местом в клине является полоса, например, А1А2 (рис. 2.7) и на экране картина имеет вид светлых и темных полос, которые называ­ются полосами равной толщины. В рассмотренном случае по­лосы равной толщины локализованы близко над поверхностью пластинки. Мы можем увидеть их и не в лабораторных усло­виях, так как роль линзы в данном случае играет хрусталик, а роль экрана — сетчатка нашего глаза.

Если свет падает на клиновидную пластинку нормально (луч 1’’ перпендикулярен нижней поверхности пластины), то полосы равной толщины локализованы на верхней поверхности клина. При освещении клина снизу, т.е. при наблюдении ин­терференции в проходящем свете, светлые и темные по­лосы на экране поменяются местами. Это происходит из-за того, что в данном случае нет потери полуволны. Ши­рина полос будет тем больше, чем меньше угол наклона α у клина. Если на клин падает белый свет, то интерференционные макси­мумы будут всех цветов спектра (как, например, радужная окраска мыльных пузырей).

3. Частным случаем полос равной толщины являются кольца Ньютона. Их можно наблюдать с помощью оптической установки, схематически изо­браженной на рис. 2.8. Плоско­выпуклая линза большого ра­диуса кривизны лежит на пло­ской пластинке так, что между ними образуется воздушный клин переменной толщины d. Параллельный пучок света па­дает нормально на плоскую по­верхность линзы и частично от­ражается от верхней (луч 1’) и нижней (луч 1’’) поверхностей воздушного клина. Лучи 1’ и 1’’ когерентные и имеют разность хода ∆ = 2d-λ/2. Такую же раз­ность хода (а, значит, и одина­ковое условие интерференции) будут иметь лучи, падающие на клин в местах одинаковой тол­щины d, а одинаковую толщину клин имеет по окружности. По­этому интерференционная картина будет состоять из светлых и темных колец, называемых кольцами Ньютона. В центре кар­тины находится темное пятно, которое обусловлено наложением лучей 1’ и 1’’ в точке D, где d = 0, а разность хода ∆ = λ/2, что соответствует условию минимума. От точки D к краям линзы толщина клина неравномерно растет, поэтому ширина и интен­сивность колец убывает по мере удаления их от центрального пятна. При наблюдении колец Ньютона в проходящем свете из-за отсутствия потери полуволны в центре картины будет наблю­даться светлое пятно, затем первое темное кольцо и так далее. Максимумы в проходящем свете соответствуют минимумам в отраженном. При наклонном падении света на линзу вместо ко­лец на интерференционной картине получаются эллипсы. Если свет будет не монохроматическим, а белым, светлые кольца приобретают радужную окраску.


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *