Как выглядят террористы

Как выглядят террористы

Язык тела не лжет: как узнать террориста с первого взгляда

«Вранья кризис не коснулся», — говаривал главный герой сериала «Обмани меня». Действительно, в современном круговороте политических событий единственное, что остается неизменным – человеческая сущность во главе со всеми природными инстинктами. При всем желании скрыть собственные мысли и страсти ни один из нас чисто физически сделать этого неспособен. Звучит парадоксально, но мы не управляем сами собой – за нас это делают инстинкты, глубоко спрятанные внутри организма. Нечаянный поворот головы, резкое движение кистью руки и опущенный на мгновение взгляд тут же рушат всю маскировку и обнародуют наши самые сокровенные желания.

«Основная ваша ошибка заключается в том, что вы недооцениваете значения человеческих глаз. Поймите, что язык может скрыть истину, а глаза — никогда! Вам задают внезапный вопрос, вы даже не вздрагиваете, в одну секунду вы овладеваете собой и знаете, что нужно сказать, чтобы укрыть истину, и весьма убедительно говорите, и ни одна складка на вашем лице не шевельнется, но, увы, встревоженная вопросом истина со дна души на мгновение прыгает в глаза, и все кончено. Она замечена, а вы пойманы!» Михаил Булгаков, «Мастер и Маргарита»

Если все вышесказанное правда, то невольно возникает вопрос, каким образом ежедневно, если даже не ежечасно, нас предают, обманывают и попросту вводят в заблуждения? Если человека можно прочитать словно книгу по одним только движениям и взглядам, откуда же в современном мире берется такое количество обманутых и обманывающих?

Ответ кроется вовсе не в философии, а в науке с иностранным названием «профайлинг» или «верификация». Если говорить точнее, то наукой эту область можно назвать с натяжкой, ведь официального статуса она не имеет и остается скорее совокупностью психологических методов анализа. Специалисты этой области – единственные, кто умеют за считанные минуты составить психологический портрет своего собеседника.

Принято считать, что одна из первых попыток составления психологического портрета была предпринята в Англии в 1888 году. Тогда известный хирург Томас Бонд прогнозировал поведение серийного убийцы Джека-потрошителя благодаря его реакции на те или иные ситуации.

Реальность, описанная в том же сериале «Обмани меня», популяризировала профессию такого живого детектора лжи, создав у многих иллюзию ее нереальности. На самом же деле специалисты этой области действительно существуют, более того, готовят их в самых разных точках планеты. Их главная задача – определять не столько тайные мысли, сколько уровень угрозы, которую тот или иной субъект может представлять для общества. По этой причине профайлеры тщательно следят за обстановкой на главных транспортных узлах нашей страны.

Вокзалы, аэропорты, торговые центры и остальные места большого скопления людей, таким образом, становятся своеобразным полем для психологических игр, где террористам противоборствуют живые детекторы лжи. Причем сама битва осуществляется только взглядом и только у одной из сторон конфликта, вторая же, тем временем, и вовсе не знает о том, что вокруг идет «война».

Профайлеры такие войны ведут без кровопролития, занимая наблюдательную позицию, и скрываясь в той же толпе, что и потенциальный преступник. Главным же врагом в этом сражении становится время.

«Начинается с простого: есть даже термин такой «массовый профайлинг» – то есть анализ людей в условиях минимального времени и большого скопления людей. В таких обстоятельствах взгляд эксперта анализирует те элементы толпы, которые проще всего выявить на первичном этапе: человек в одежде, больше напоминающей балахоны, особенно если она совершенно не подходит погодным условиям, с большими сумками, рюкзаками, в неяркой одежде, держащиеся отстраненно — тех кто отличается от общей картины и выбивается по каким либо внешним или поведенческим признакам», — рассказывает ведущий российский профайлер и полиграфолог Анна Кулик.

Этот первичный осмотр разбивает толпу на касты относительно безопасных и потенциально опасных граждан. Последние, собственно, и являются пищей для работы специалистов.

Давайте вспомним, как часто вы наблюдали подобную картину в одном из общественных мест: человек, стоящий в людском потоке, кажется неприметным и даже сливающимся с толпой, однако по неизвестной причине его берут под руки сотрудники полиции и просят следовать за ними. Даже если вы и наблюдали подобные действия, то, скорее всего, недоумевали, чем же мог провиниться этот неприметный субъект, похожий скорее на обиженного жизнью человека, чем на уголовного преступника или террориста-смертника. Тем не менее, именно такие субъекты в большей степени привлекают профайлеров.

«На следующем этапе более детально анализируются личности, попавшие в поле зрения профайлера: важно понимать, почему человек ведет себя девиантно, учитывать контекст ситуации. Террориста может выдать его эмоциональное состояние, которое на микроуровне (видном эксперту по мимике) может находиться в агрессивном, сконцентрированном состоянии, так как сфокусирован на готовность к действиям. Возможно выражение тревоги, страха на лице, так как порой, насколько бы не был подготовлен массовый убийца, инстинкт самосохранения может взять верх (но такое случается все реже). И следующий вариант: отрешенное, фанатичное и сконцентрированное лицо, с неменяющейся мимикой, несмотря на происходящие вокруг стимулы. Это далеко не все признаки, так как очень много тонких особенностей и деталей в данной сфере», — поясняет Анна.

При этом очень важно учитывать особенности характера и ситуации, так как любой человек может быть обеспокоен, сильно зол или просто задумчив, что вызовет интерес к нему профессионалов. По этой причине задача профайлера заключается в том, чтобы отличить жизненные эмоции обычных людей от «маски террориста».

Выполнить эту задачу без профессиональной подготовки невозможно, поэтому детекторы-самоучки, чьи знания основываются на прочтении нескольких книг курса психологии или приемов НЛП, к работе в сфере безопасности не допускаются.

Удивительно, но при всей ответственности профайлинга, официально такой профессии в трудовом законодательстве России не существует – это одна из стратегических задач ближайшего будущего. Сегодня же речь идет о специалистах отдельных профессий, обладающих практическими навыками и знаниями по применению технологий верификации.

Сегодня развитию профайлинга мешает отсутствие законодательной базы, определяющей полномочия специалистов этой области знаний. К сожалению, на данный момент графа «профайлер» отсутствует в реестре профессий нашей страны.

Учитывая это, можно смело говорить о том, что верификация в России только зарождается, что неминуемо влечет за собой дефицит специалистов этой области. Получается, этот элемент антитеррористической системы безопасности, хоть и набирает обороты, однако имеет существенные дыры, латать которые придется не один год.

К счастью, сегодня интерес к новой профессии рождает и новые площадки для ее освоения: к примеру, частные школы профайлинга, открытые в нескольких городах России, а также различные курсы и тренинги по верификации.

«Профайлеров готовят в рамках дополнительного профессионального образования, в данном случае свои программы мы лицензировали в Министерстве образования. По итогам успешно сданных экзаменов выдается либо удостоверение о повышении квалификации, либо диплом о профессиональной переподготовке», — отмечает Анна.

Несмотря на такой разброс в сферах применения, сам процесс обучения профайлеров всех видов проходит по схожим программам. Так, основные дисциплины, которым их обучают, основаны на четырех научных столпах:

— визуальная диагностика и прогнозирование поведения (то есть составление характерологического портрета, графологический анализ почерка, экспресс методы выявления потенциально опасных лиц в толпе);
— безынструментальная детекция лжи (что наглядно показано в том же сериале «Обмани меня»);
— переговорные и опросные тактики;
— сопутствующие методики развития мышления

Вдобавок сегодня из-за высокого уровня опасности на мировой арене московские профайлеры начали читать лекции студентам МГУ и МГИМО. Правда, сами занятия направлены не столько на подготовку специалистов, сколько на то, чтобы противостоять вербовке в соцсетях, столь популярной в последнее время у запрещенной в России группировки «Исламское государство».

О самих же профайлерах в нашей стране заговорили не так давно, а именно в 2004 году после серии взрывов самолетов, вылетевших из аэропорта Домодедово. С того момента уровень террористической угрозы, вероятно, достиг критической точки, родившей дальнейший интерес к новой профессии. Так, чуть больше чем за десятилетие бывшие в диковинку профайлеры сегодня оккупировали все аэропорты, вокзалы и станции метро.

«Говорить о том, как нам удается предотвратить теракты, мне не положено, — рассказывает профайлер Алексей (фамилию его афишировать нам также запретили). Одно могу отметить с полной уверенностью: несмотря на то, что профайлеры скрываются в тени, их работа приносит ощутимую пользу. Почему-то у нас принято считать, что если мы чего-то не знаем, значит, такого явления в природе не существует. Знаете, как говорят, «женская работа становится заметной только тогда, когда ее перестают делать». Именно этот афоризм я переношу на свою профессию – как только профайлеры перестанут работать, многие в одночасье узнают, насколько эта профессия важна, особенно в современное нестабильное время».

По его словам, в России вообще очень нестандартно реагируют работу профайлеров, а в особенности на вопросы сотрудника отдела безопасности. В большинстве случаев граждане начинают отшучиваться, не видя серьезных оснований для беседы, либо же громко возмущаются, вызывая интерес окружающих к происходящему. По этой причине российские профайлеры обязаны учитывать менталитет нашего народа, еще сильнее концентрируясь на повышении своих профессиональных навыков.

За его практику набралось немало интересных случаев, во время которых сами подозреваемые давали неожиданные реакции на привычные ситуации. Получалось, что со временем теоретические знания обогащались за счет примеров на практике, тем самым давая науке новые пути развития. Однако совсем уж нетипичные поведенческие реакции встречаются редко – в основном же потенциальные террористы делятся всего на два типа: «манекены» и «идейные фанатики». Если первые ведут себя подозрительно спокойно, то вторые в противовес очень эмоциональны. Объединяет же их то, что каждый такими диаметрально противоположными способами пытается скрыть собственные намерения. Алексей уверяет, что сорвать маску преступника можно в обоих случаях – несмотря на все попытки слиться с толпой, либо же противостоять ей.

«Быть естественным злоумышленник априори не может. Так или иначе, но он выдаст себя за счет неуловимых простым взглядом деталей. Другой вопрос, если мирный человек эмоционально подавлен – тогда понять его намерения становится сложнее».

Нередки случаи, когда именно эмоционально опустошенных людей путали с преступниками. Так, по словам Алексея, за свою работу он несколько раз задерживал тех, кто недавно пережил большое потрясение и еще не успел морально отойти. Особенно запоминающимся был случай, когда человек в аэропорту вел себя подозрительно: долгое время смотрел в одну точку, почти не двигался и что-то бормотал себе под нос. После разговора с ним выяснилось, что несколько дней назад вся его семья погибла в автокатастрофе, и он остался единственным выжившим в своем роду.

«Такие случаи встречаются нередко, однако уже через несколько минут тщательного анализа можно понять, что перед тобой стоит не преступник. Более того, подобные истории на практике очень хорошо учат различать эмоции несчастного человека и террориста. Как ни парадоксально, грань между ними очень тонкая и прочувствовать ее можно только на практике», — добавляет профайлер.

По словам профайлеров, естественное поведение человека находится на границе этих контрастных типов: эмоционально скупого и нервно-взволнованного. Грубо говоря, все, что отклоняется в ту или иную сторону неизбежно вызывает подозрения профайлера во время экспересс-анализа людской массы.

Собственно, исходя из ювелирной специфики самой профессии, специалисты в этой области выделяют несколько основных законов работы, соблюдая которые точность попадания в преступника будет наиболее высокой.

Во-первых, важно, чтобы профессионал-профайлер был предельно аккуратен с анализируемым человеком – в противном случае сам процесс анализа в разы усложниться. Во-вторых, настоящий профессионал не имеет права на предвзятое отношение к объекту своего исследования. В данном случае закон о том, что «встречают по одежке» нередко дает сбои. Внешний же вид можно рассматривать только в совокупности с подозрительным поведением. В-третьих, никогда не афишировать свою работу, а при выполнении задачи не выставлять свои знания и навыки на всеобщее обозрение. Напоследок, каждому эксперту необходимо использовать весь багаж своих знаний, одновременно пользуясь несколькими методиками анализа – так погрешности в работе будут минимальными.

Однако последний закон о конфиденциальности профинформации идет в разрез с доступностью самой профессии. Ведь если обучиться верификации может практически каждый, значит, сделать это может и сам террорист.

В ответ на это специалисты уверяют, что даже профессиональный профайлер не может обмануть своего коллегу. Более того, сымитировать спокойствие и равнодушие перед тем, как человек идет на верную смерть, неподвластно практически никому.

Получается, что при всех очевидных погрешностях, которые может породить человеческий фактор, сама профессия, по сути, является наукой точной.

Чтобы проверить этот факт, наша редакция отправилась в несколько самых оживленных мест столицы, чтобы сыграть роль террористов-смертников. Для эксперимента мы выбрали три крупнейших торговых центра Москвы, Ленинградский, Казанский и Ярославский вокзалы, а также международный аэропорт Домодедово. Каждый из «псевдотеррористов» соответствовал внешнему виду потенциального преступника, и использовал описанные выше типы поведения. В четырех местах они придерживались безэмоционального поведения, в оставшихся трех наоборот вели себя неспокойно, выдавая внутреннюю нервозность.

В результате только в одном из торговых центров к нашему «проверяющему» подошел сотрудник охраны с вопросом, не требуется ли ему помощь. В разговоре охранник подчеркнул, что наш «террорист» выглядел подавленным и опустошенным, что было неестественно в окружающей обстановке. При этом же особой опасности в нашем сотруднике он не заметил. В остальных же местах на подставных преступников органы безопасности и вовсе не обратили внимания.

Анализируя наш эксперимент, Алексей отметил, что последнее утверждение верно только отчасти, так как при первом анализе профайлеры волей-неволей обращают внимание на такие элементы толпы, однако вскоре перестают видеть в них опасность. По его словам, сымитировать поведение преступника мирному человеку также сложно, как и сыграть спокойствие террористу. По этой причине наши «псевдопреступники» должны были сразу привлечь внимание профайлеров, однако при дальнейшем анализе, скорее всего, не вызвали серьезных подозрений. Возможно, это и явилось причиной того, что наши псевдотеррористы, условно говоря, остались незамеченными.

Екатерина Ковалева

Как распознать террориста: 5 признаков смертника

БИШКЕК, 30 июн – Sputnik. Психологи и эксперты рассказали корреспонденту Sputnik, как выявить в толпе террориста.

© AFP 2019 / Zoubeir Souissi В пятницу, 26 июня, произошло крупнейшее в истории вооруженное нападение на туристов. Мишенью стал курорт Эль-Кантауи в Тунисе: местный студент расстрелял 40 человек, ранения получили еще 40. Ответственность за теракт взяла на себя группировка «Исламское государство», сообщает РИА Новости.

Ветеран ГКНБ Кыргызстана Алишер Абдесов утверждает, что мусульманская одежда и борода — вовсе не обязательный атрибут смертника. Напротив, зачастую террористы пытаются одеться в обычные вещи, чтобы не привлекать внимания.

«Выявить террористов крайне сложно, так как они проходят специальную психологическую подготовку и умеют отлично маскироваться, подстраиваясь под стиль поведения толпы», — пояснил Абдесов.

Он также рассказал, что главная задача шахидов — не убить как можно больше людей, а вызвать общественный резонанс, породить в людях страх.

Преподаватель КРСУ, психолог Леонид Соболев рассказал, что теоретически выявить в толпе человека, готового принять смерть, можно. Он выделил пять признаков собирающегося совершить террористический акт:

  • отличия в поведении: террорист ведет себя нервно, неуверенно, часто оглядывается по сторонам;
  • широкая и бесформенная одежда, которая дает возможность спрятать «пояс шахида» или оружие;
  • человек пытается скрыть лицо и старается ни с кем не разговаривать;
  • зрачок может быть расширен вследствие наркотического опьянения или действия медицинских препаратов для снижения стресса;
  • избегают прикосновения к окружающим для сохранения «чистоты» тела, так как террористы-смертники перед терактом проходят обряд «омывания».

Разумеется, это может быть обычный гражданин, однако подстраховаться не помешает, подчеркнул психолог.

«Если какой-то человек вызывает у вас опасения, не стоит пытаться с ним говорить и вообще как-либо обращать на себя внимание. Все, что от вас требуется, — набрать 102, — посоветовал Соболев.

История террористических актов в Кыргызстане начинается с 2002 года, когда на рынке «Оберон» в Бишкеке произошел взрыв, расцененный силовиками как террористический акт. Тогда погибли 7 человек, 30 получили ранения.

Кирилл Гордеев
Как называть мусульманского террориста-смертника?
Сегодня в России их называют шахидами, но это оскорбительно для мусульман: по Священному писанию «шахид» – это совсем другое.

Мусульман, взрывающих себя ради уничтожения «врагов ислама», наши средства массовой информации сразу и безапелляционно нарекли «шахидами». Так их и называют теперь все — от государственных мужей до школьников.
В буквальном переводе слово «шахид» означает «священномученик». Арабские слова с корнем «ихд» особо значимы для мусульман. Каждый принимающий ислам произносит трое-кратную словесную формулу «Шахаду», которая по сути близка с православную «Верую» и католическому «Credo». Эта краткая формула содержит догмат веры и признание её истинности. Признание мусульманин обязан подтвердить делом. Отсюда и «шахид» — человек, принявший мученическую смерть за Бога и тем обретший жизнь вечную. И вопрос «лишь» в том, что значит «за Бога» и какова эта смерть.
Большинство исламских богословов утверждают, что шахид — это человек, павший в честном бою с агрессором (от лат. aggressio — нападение). Взрыв в московском метро, если его осуществил мусульманин-самоубийца, — это не честный бой (ехавшие в метро люди — не агрессоры) и, следовательно, взрывник — не шахид.
Далее: вообще всякое самоубийство — не подвиг: в исламе (равно как и в других религиях авраамической традиции — христианстве и иудаизме, а также в буддизме) оно считается грехом.
Кто же такой мусульманин, христианин, иудей, буддист, неверующий, убивающий других заведомо невинных людей? Это — террорист, диверсант, бандит, убийца: во всяком случае, любое определение не имеет отношения к религии и не обещает рая. Если он одержим страстью мести за своих близких или поруганную честь своей страны, своей веры — всё равно он преступник, ибо отступает от догмата веры и гуманистической морали: не навреди невинному. А если ему внушили, что смерть и страдания других людей ценой собственной жизни — его религиозный долг, то это обманутый или самообманувшийся преступник. Называть его шахидом — значит, оскорблять религиозные чувства всех мусульман.
Как же называть мусульман-террористов? На Западе их часто называют словом «ассасины» — искажённым арабским «хашишийа» от hashish — «хашиш» или, привычнее, «гашиш» (наркотик, изготавливаемый из смолы листьев и побегов дикой конопли). В средневековье сектанты-ассасины — последователи одного из ответвлений секты исмаилитов широко применяли террористические методы борьбы и исполнители террористических актов, по преданию, употребляли наркотики. Однако и одурманенные хашишийа-ассасины следовали принципу «око за око» и убивали правителей и военачальников, а не их жён и детей. Но и эти сектанты остались в истории лишь как ассасины — то есть одурманенные убийцы.

Инструкция ФСБ: как распознать террориста

События последних дней в Екатеринбурге показали: террористы спокойно могут жить среди насФото: .com статья из сюжета В Екатеринбурге задержали готовивших теракты боевиков ИГИЛ

События последних дней в Екатеринбурге показали: террористы могут спокойно жить среди нас, долгое время не вызывая ни у кого никаких подозрений. Кто знает, может ваши соседи-мигранты давно уже обустроили в ванной лабораторию по производству взрывчатых устройств, чтобы поднять в воздух ТРЦ, как это делали, по версии следствия, приверженцы ИГИЛ (запрещенная в России организация), жившие на Сортировке. На что обращать внимание, чтобы не проворонить готовящийся теракт и что делать, когда он происходит?

Задержание в Екатеринбурге группировки боевиков стало главной информационной темой последних дней. Урал находится далеко от западных регионов и южных окраин страны, откуда могут приехать потенциальные исполнители терактов, и уральцам всегда казалось, что смертники и террористы — это где-то там, за пределами Урала. Появление Исламского государства (деятельность которого запрещена в России) перевернуло ситуацию: пособники террористов и смертники из их рядов могут оказаться в любом российском регионе.

Жители Екатеринбурга оказались явно не готовы к новым реалиям: соседям задержанных «игиловцев» даже в голову не приходило, что у них за стенкой взрывное устройство. За исключением объявлений и в метро, и в наземном транспорте про оставленные сумки, никто и никогда не учил нас, на что обращать внимание, как распознать террориста и что делать, если террористический акт уже происходит. «URA.Ru» восполняет этот пробел.

Соседи Али Джумаева, жившего в Екатеринбурге на Сортировке с большой семьей, даже не могли представить, что он террорист Фото: Андрей Гусельников © URA.Ru

На самом деле спецслужбы давно уже разработали ряд инструкций на этот счет. Так, на сайте Федеральной службы безопасности России, в разделе «Советы профессионалов», есть три документа, касающихся террористической угрозы.

Первый, под названием «Как вести себя при похищении и став заложником террористов», появился еще в 2004-м (после теракта на Дубровке и событий в Беслане) и был составлен на основе рекомендаций сотрудников Центра специального назначения ФСБ России, высказанных ими во время встречи со школьниками Москвы.

Чуть позже, в 2006 году, на сайте ФСБ появился документ под названием «О тактике проведения диверсионно-террористических актов (ДТА). Наконец, есть общие «Рекомендации гражданам по действиям при угрозе совершения террористического акта». Несмотря на прошедшие годы, эти инструкции не потеряли своей актуальности. Представляем Вам дайджест самых ценных советов от ФСБ: как предотвратить теракт и как себя вести, если он уже случился?

Как готовится теракт?

Основными признаками того, что где-то рядом с вами идет подготовка теракта, по мнению специалистов ФСБ, являются следующие действия:

— фото- и видеосъемка крупных объектов, наблюдение за ними (в том числе с помощью биноклей, телескопов);

— попытка получения данных о системах безопасности объектов, составление их схем, выведывание у окружающих сведений о режиме работы объекта, доступе на него;

— скупка электронных часов, приемников и малогабаритных радиостанций;

— приобретение распространенных марок автомобилей, в том числе подержанных, уклонение от регистрации машины в ГИБДД, пренебрежительное отношение к техническому состоянию и особенно к внешнему виду покупаемого автомобиля;

— закупка различных металлических предметов (гаек, болтов, подшипников и т. п.);

— проникновение неизвестных лиц в подвалы и на чердаки многоэтажных зданий;

— предложение выполнить малозначимую работу за солидное вознаграждение (перегон машины, передача посылки — в том числе пассажирами железнодорожного или автомобильного транспорта);

— обнаружение любого бесхозного подозрительного предмета (пакет, сумка).

Признаки террориста:

Если вас взяли в заложники, помните: спецслужбы уже спешат к вам на помощь Фото: Игорь Меркулов © URA.Ru

— мигранты, проживающие на съемной квартире и практически не выходящие из нее;

— в квартирах не заметны следы пребывания, отсутствуют музыка, громкие звуки, не слышны разговоры и звуки хозяйственной деятельности (правда, задержанные на Сортировке «игиловцы» явно не вписываются в этот критерий: они шумели, слушали громкую музыку и даже играли в квартире в футбол — прим. ред.);

— одежда, не соответствующая погоде, просторная, призванная скрыть «пояс шахида»;

— отсутствие косметики у женщин, кроме средств окрашивания волос;

— наличие продуктов питания, предназначенных специально для мусульман (смертник не должен питаться «нечистой» едой).

Арсенал методов, применяемых террористами:

  1. закладка самодельных взрывных устройств в автомобили, подвалы домов или квартиры;
  2. установка фугасов, закамуфлированных под элементы дорожного покрытия или ограждения;
  3. террористы-смертники, проникающие в места массового скопления людей (мероприятия, транспорт). Смертников, как правило, посылают парами «исполнитель-контролер»: если у исполнителя что-то не получится или он передумает умирать, контролер должен его ликвидировать;
  4. захват самолета с целью тарана объектов (сценарий терактов 11 сентября 2001 г. в США);
  5. захват заложников.

Во время взрыва или при его угрозе:

— используйте любое доступное укрытие;

— не бегите — сразу падайте, даже в грязь;

— закройте голову и отвернитесь от эпицентра взрыва или атаки;

— если вы оказались засыпанными, необходимо найти свободное место, в которое можно переместиться. Если под рукой есть обломки стола, парты — постараться укрепить то, что находится над вами. Не нужно предпринимать попыток самостоятельно выбраться из-под завала: их разбор идет сверху вниз. Каждый час объявляется минута тишины: когда перестали работать механизмы, необходимо громко кричать, чтобы вас услышали.

Во время штурма:

Во время штурма лежите на полу лицом вниз, голову закройте руками и не двигайтесь Фото: Александр Мамаев © URA.Ru

— лежите на полу лицом вниз, голову закройте руками и не двигайтесь;

— старайтесь держаться подальше от проемов дверей и окон (при обстреле осколки стекла и строительных конструкций могут причинить травмы) и от террористов, так как при штурме по ним будут работать снайперы;

— если вы услышали хлопки разрывающихся свето-шумовых гранат (яркий свет в глаза, резкий запах дыма), нужно закрыть глаза и ни в коем случае не тереть их;

— если пошел газ, накройте лицо влажной тряпкой. Если нет воды — воспользуйтесь собственной мочой;

— помните: ваша главная задача — остаться в живых.

Читайте также на сайте ФСБ России:

— как быть, если вас захватили в заложники;

— как действовать при объявлении об эвакуации;

— как вести себя в толпе (чтобы делать, чтобы вас не задавили и не растоптали);

— что делать, если самолет захватили террористы.

ИГ (ИГИЛ, ДАИШ) — запрещенная в России террористическая организация.


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *