Противостояние по кингу

Противостояние по кингу

Стриминговый сервис CBS All Access опубликовал первый тизер сериала «Противостояние», основанного на одноимённом романе Стивена Кинга.

В 30-секундном ролике можно увидеть основных персонажей сериала: Матушку Абигейл в исполнении Вупи Голдберг, Фрэнни Голдсмит (Одесса Янг), Стю Редмана (Джеймс Марсден) и Ларри Андервуда (Джован Адепо). Также в тизере есть кадры с Александром Скарсгардом, сыгравшим антигероя Рэндала Флэгга. К слову, именно в книжном «Противостоянии» впервые появился Флэгг, позднее ставший одним из антигероев в ещё ряде произведений Кинга.

В опубликованном ролике также показаны пугающие сцены на безлюдных улицах, в больнице и других мрачных местах. Все они создают представление о тревожной атмосфере проекта.

В числе других задействованных в сериале актёров — Эмбер Хёрд, Кэтрин Макнамара, Брэд Уильям Хенке, Нат Вулф, Дэниел Сунджата и Оуэн Тиг.

«Противостояние» представляет собой постапокалиптический взгляд на опустошённый мир, вовлечённый в противостояние добра и зла.

События сериала разворачиваются на Земле после пандемии смертельного вируса, в результате которой погибло практически всё население планеты. Оставшиеся в живых в США делятся на два лагеря. Первый присоединяется к 108-летней Матушке Абигейл, призывающей своих последователей через сновидения, второй — к «чёрному человеку» по имени Рэндал Флэгг. Тот также обладает сильнейшими паранормальными способностями, однако использует их во имя зла, подчиняя себе людей в надежде захватить власть. Выступающие на стороне добра соратники Матушки Абигейл попытаются помешать его планам.

При этом вирус, положивший начало мировой катастрофе, не случайно мутировал и передался людям от других видов. Он был создан руками человека и разрабатывался как биологическое оружие.

Продюсер Тейлор Элмор в беседе с Vanity Fair отметил, что в своём произведении Стивен Кинг в том числе стремился показать, к каким последствиям порой приводят действия людей.

Режиссёром проекта стал Джош Бун, снявший мелодраму «Виноваты звёзды» и ещё не вышедший в России фантастический хоррор «Новые мутанты». Он же работал над сценарием «Противостояния». Также в создании скрипта принял участие сам Стивен Кинг: он написал последний, десятый эпизод сериала.

Примечательно, что автор придумал альтернативную концовку, которая отличается от финала романа.

Шоураннер сериала Бенджамин Кэвелл рассказал, что работа над проектом началась задолго до пандемии коронавируса, а новую концовку Кинг придумал ещё раньше — несколько десятилетий назад, однако именно сейчас затрагиваемая в сериале тема особенно актуальна. Впрочем, несмотря на это, никаких упоминаний коронавируса в экранизации не будет.

Также по темеВозвращение Билла и Теда и польский «Форсаж»: главные кинопремьеры недели Спустя почти 30 лет после премьеры второй части комедийной франшизы про музыкантов Билла и Теда на экраны выходит третий фильм с Киану…

Сериал «Противостояние» состоит из десяти эпизодов. Его премьера запланирована на 17 декабря.

Разные версии одного «Противостояния»

Первая версия романа «Противостояние» объёмом 800 страниц вышла в 1978 году. Действие произведения разворачивалось в 1980-е годы. В романе должно было быть 1200 страниц, но издатель отказался печатать столь длинное произведение и сократил рукопись на треть. Полная версия «Противостояния» вышла лишь в 1991 году. В ней действие разворачивается уже в 1990-х, а концовка гораздо мрачнее, чем в первом варианте.

Книга получила множество положительных отзывов критиков и вошла в число лучших произведений писателя. Кроме того, по результатам опроса, проведённого британской розничной сетью Waterstones и телеканалом Channel 4, «Противостояние» заняло 73-е место в рейтинге лучших книг XX века.

В 1994 году роман был экранизирован: на экраны вышел мини-сериал «Противостояние» режиссёра Мика Гэрриса. Роли в нём исполнили Гэри Синиз, Адам Сторке, Молли Рингуолд, Джейми Шеридан, Руби Ди и другие актёры.

Глава 10

Ларри проснулся с легким похмельем, ощущением, что маленький дракончик использовал его рот вместо ночного горшка, и чувством, что находится там, где ему быть не следует.

Кровать была односпальная, но с двумя подушками. Он ощутил запах жарящегося бекона. Сел, посмотрел в окно на очередной серый нью-йоркский день и первым делом подумал, что за ночь с Беркли сделали что-то ужасное: выпачкали в грязи и саже и состарили. Потом в памяти начала постепенно всплывать прошлая ночь, и он осознал, что смотрит на Фордэм, а не на Беркли. Ларри находился в квартире на втором этаже дома по Тремонт-авеню, недалеко от Конкорса, и его матери определенно следовало бы знать, где он провел ночь. Позвонил ли он ей, назвал хоть какую-то причину, пусть и неубедительную?

Он перебросил ноги через край кровати и нашел смятую пачку «Уинстон» с одной оставшейся сигаретой. Прикурил от зеленой пластмассовой зажигалки «Бик». Вкусом сигарета напоминала высушенный конский навоз. Из кухни доносилось шипение жарящегося бекона, монотонное, как помехи в радиоприемнике.

Девушку звали Мария, и она была… кем? Специалисткой по гигиене рта, так? Ларри не знал, много ли она смыслит в гигиене, но по части рта Мария проявила себя блестяще. Он смутно помнил, что его обгладывали, как куриную ножку, произведенную «Пердью». Кросби, Стиллс и Нэш – их голоса доносились из паршивенького стерео в гостиной – пели о том, как много воды утекло под мостом, о потерянном ими времени. Если память не изменяла ему, Мария времени точно не теряла. Ее потрясло, что он – тот самый Ларри Андервуд. И разве они не потратили часть вчерашнего вечера на поиски открытого магазина грампластинок, чтобы купить «Поймешь ли ты своего парня, детка?»?

Ларри тихонько застонал и попытался восстановить в памяти весь вчерашний день, начиная с невинной завязки и кончая неистовым, поглотительным финалом.

«Янкиз» в городе не было, это он помнил. Его мать ушла на работу до того, как он проснулся, оставив на кухонном столе расписание игр «Янкиз» вместе с запиской:

Ларри. Как видишь, «Янкиз» вернутся в город лишь после первого июля. Четвертого они играют двойную игру. Если в этот день ты свободен, почему бы тебе не сводить свою маму на стадион? Я куплю пиво и хот-доги. Яйца и колбаса в холодильнике, сладкие слоеные булочки в хлебнице, если они нравятся тебе больше. Береги себя, малыш.

Далее следовал характерный для Элис Андервуд постскриптум:

Большинство ребят, с которыми ты дружил, разъехались, и скатертью дорожка этим бездельникам, но думаю, что Бадди Маркс работает в типографии на Стрикер-авеню.

Даже воспоминание об этой записке заставило его поморщиться. Ни тебе «дорогой» перед его именем, ни «с любовью» перед ее подписью. Она верила не в пустые слова, а в содержимое холодильника. Пока он отсыпался после поездки через всю Америку, мать успела сходить в магазин и купить все, что он любил. Ее безупречная память даже пугала. Консервированная ветчина «Дейзи». Два фунта настоящего масла – как она могла позволять себе такое на свою зарплату? Две упаковки колы. Колбаски из универсама. Ростбиф, маринующийся в секретном соусе Элис, составом которого она отказывалась поделиться даже с собственным сыном. В морозилке – галлон мороженого «Персиковый восторг» от «Баскин-Роббинс». Рядом с творожным пирогом «Сары Ли». С клубникой сверху.

Подчиняясь внезапному импульсу, он прошел в ванную, и не только для того, чтобы отлить: ему хотелось заглянуть в аптечный шкафчик. Новая зубная щетка «Пепсодент», висящая в том самом отделении, где в детстве по очереди висели все его зубные щетки. Одноразовые станки для бритья и баллончик пены «Барбасол». Даже флакон одеколона «Олд спайс». «Не бог весть что, – сказала бы она (Ларри буквально услышал ее голос), – но за такие деньги пахнет неплохо».

Он постоял, глядя на все это, взял тюбик зубной пасты, подержал в руке. Ни «Дорогой», ни «Люблю, мама». Просто новая зубная щетка, новый тюбик пасты, новый флакон одеколона. Иногда, подумал он, любовь бывает не только слепой, но и молчаливой. И начал чистить зубы, размышляя, а не написать ли об этом песню.

В комнату вошла специалистка по гигиене рта – в одной лишь розовой нейлоновой нижней юбке.

– Привет, Ларри, – поздоровалась она. Невысокого роста, симпатичная, отдаленно напоминающая Сандру Ди. Груди задорно торчали, никаких признаков обвисания. Как там было в старой хохме? «Это точно, лейтенант, у нее была пара «тридцать восьмых» и настоящая пушка». Ха-ха, очень смешно. Он проехал три тысячи миль, чтобы ночью его съела живьем Сандра Ди.

– Привет, – ответил он и встал с постели. Голый – однако вся его одежда лежала у изножья кровати. Он начал одеваться.

– У меня есть халат для тебя, если хочешь. На завтрак у нас копченая селедка и бекон.

Копченая селедка и бекон? Его желудок начал съеживаться, завязываясь в узел.

– Нет, милая, мне надо бежать. Должен кое с кем повидаться.

– Эй, но ты не можешь просто так удрать от меня…

– Послушай, это очень важно.

– Я тоже важна! – взвизгнула она. От ее голоса у Ларри заболела голова. Без всякой на то причины он вдруг вспомнил Фреда Флинтстоуна, орущего: «ВИ-И-И-ИЛМА-А-А-А!» – во всю мощь мультяшных легких.

– Слишком много Бронкса, крошка.

– И что это значит? – Она уперла руки в бока, зажав в одном кулаке жирно поблескивающую кулинарную лопатку, похожую на стальной цветок. Груди призывно шевельнулись, но Ларри не отреагировал. Надел штаны, застегнул пуговицы. – Да, я из Бронк са, но я не черная! Что ты имеешь против Бронкса? Ты у нас кто, расист?

– Ничего такого. – Он подошел к ней босиком. – Послушай, человек, с которым мне надо увидеться, – моя мама. Я приехал в город всего лишь два дня назад, а вчера вечером не позвонил ей и не предупредил… или позвонил? – добавил он с надеждой.

– Ты никому не звонил, – угрюмо буркнула она. – Кто поверит, что это твоя мать?..

Он вернулся к кровати, надел туфли.

– Она самая. Правда. Работает в «Кемикэл-бэнк-билдинг». Уборщицей. Хотя нынче, думаю, она уже старшая по этажу.

– И я не верю, что ты – Ларри Андервуд, который записал эту пластинку.

– Верь во что хочешь. Мне надо бежать.

– Ах ты, гаденыш! – вспыхнула она. – А что мне делать со всей этой едой, которую я приготовила?

– Может, выбросить в окно? – предложил он.

Она злобно взвизгнула и швырнула в него лопаткой. В любой другой день она бы промахнулась. В сущности, один из основополагающих законов физики гласит, что кулинарная лопатка, брошенная рукой разъяренной специалистки по гигиене рта, не может лететь по прямой. Но тут имело место исключение, которое, как известно, только подтверждает правило. Кувырок с переворотом – и стопроцентный результат: лопатка угодила Ларри прямо в лоб. Особой боли он не почувствовал. Заметил, как две капли крови упали на коврик, лишь когда наклонился, чтобы поднять лопатку.

С лопаткой в руке Ларри сделал два шага по направлению к Марии.

– Тебя надо бы отшлепать этой хренью! – заорал он.

– Ну конечно! – Она подалась назад и заплакала. – Почему бы и нет? Большая звезда! Трахнул и убежал! Я думала, ты хороший парень. Никакой ты не хороший! – Несколько слезинок сбежали по ее щекам, упали на грудь. Словно зачарованный, он наблюдал, как одна скатилась по правой груди и повисла на соске, превратившись в некое подобие увеличительного стекла. Ларри разглядел поры и один черный волос на внутренней границе ареолы. «Господи Иисусе, я схожу с ума», – подумал он.

– Я должен идти. – Белый пиджак Ларри лежал в изножье кровати. Он подхватил его и набросил на плечо.

– Никакой ты не хороший! – крикнула она ему вслед, когда он направился в гостиную. – Я пошла с тобой, поскольку подумала – ты хороший парень!

Войдя в гостиную, он едва не застонал. На диване, где, как он смутно помнил, ему отсасывали, лежали штук двадцать пластинок с песней «Поймешь ли ты своего парня, детка?». Еще три – на вертушке покрытого пылью портативного стереопроигрывателя. На дальней стене висел огромный постер с Райаном О’Нилом и Эли Макгроу. «Раз тебе отсосали, нечего говорить, что ты о чем-то там сожалеешь, ха-ха! Господи, я схожу с ума».

Она стояла в дверях спальни, все еще плача, такая жалкая в одной лишь нижней юбке. Он видел порез на ее голени – зацепила кожу, когда сбривала волосы.

– Послушай, позвони мне, – попросила она. – Не думай, что я чокнутая.

Ему бы ответить: «Ну конечно», – и все бы на этом кончилось. Но он услышал, как с губ срывается безумный смех, а потом – слова:

– Твоя рыба горит.

Она закричала на него и рванулась через гостиную, да только споткнулась о лежавшую на полу декоративную подушку и упала. Одной рукой сшибла полупустую бутылку молока и качнула стоявшую рядом пустую бутылку виски. «Боже мой, – подумал Ларри, – неужели мы это смешивали?»

Он быстро вышел из квартиры и сбежал по лестнице. На последних шести ступеньках услышал, как она кричит с верхней лестничной площадки:

– Никакой ты не хороший! Никакой ты не…

Он захлопнул за собой парадную дверь, и его окутало туманное, влажное тепло, пропитанное запахами распускающихся деревьев и выхлопных газов. Просто духи в сравнении с вонью жарящегося жира и затхлого сигаретного дыма. Он все еще держал в руке сигарету, уже догоревшую до фильтра, и только теперь бросил ее в ливневую канаву и полной грудью вдохнул свежий воздух. Ну до чего же приятно вырваться из этого безумия. Давайте вернемся к тем удивительным дням здравомыслия, когда мы…

Наверху с грохотом распахнулось окно, и он догадался, что за этим последует.

– Чтоб тебе сдохнуть! – крикнула она ему. Типичная скандалистка из Бронкса. – Чтоб тебе упасть на рельсы перед гребаным поездом подземки! Никакой ты не певец! И в постели просто дерьмо! Гнида! Засунь это себе в задницу! Отнеси своей мамочке, гнида!

Бутылка с молоком вылетела из окна ее спальни на втором этаже. Ларри пригнулся. Бутылка взорвалась в ливневой канаве, окатив улицу стеклянными осколками. За ней, вращаясь, последовала бутылка из-под виски, чтобы разлететься вдребезги у ног Ларри. Да уж, меткостью эта специалистка по гигиене рта отличалась отменной. Он побежал, прикрывая голову одной рукой. Боясь, что это безумие никогда не кончится.

Сзади донесся финальный протяжный вопль, в котором отчетливо слышался характерный выговор обитателей Бронкса:

– ПОЦЕЛУЙ МЕНЯ В ЗАДНИЦУ, ЖАЛКИЙ УБЛЮ-У-У-У-У-У-У-ДОК!

Тут он завернул за угол и очутился на мосту над проходившим внизу скоростным шоссе. Наклонившись над перилами, затрясся от истерического смеха, наблюдая за проносившимися внизу автомобилями.

– Неужели ты не мог обставить все получше? – Ларри не отдавал себе отчет, что говорит вслух. – Ох, чел, конечно же, мог. До чего же отвратительная получилась сцена. Да забей на это, чел. – Тут он понял, что озвучивает свои мысли, и вновь громко расхохотался. Вдруг голова пошла кругом, его затошнило, и он зажмурился. Ячейка памяти в департаменте мазохизма открылась, и он услышал слова Уэйна Стьюки: И есть что-то еще… вроде способности грызть жесть.

Да, с девушкой он обошелся, как со старой шлюхой наутро после студенческой групповухи.

Никакой ты не хороший парень.

Хороший. Хороший.

Но когда народ воспротивился его намерению выставить всех за дверь, он пригрозил позвонить в полицию – и говорил вполне серьезно. Без шуток? Само собой. Большинство людей он не знал и бровью бы не повел, наступи они на противопехотную мину, однако четверо или пятеро протестующих были его давними знакомыми. А Уэйн Стьюки, этот ублюдок, стоял в дверях со скрещенными руками, будто судья, выносящий смертный приговор на громком процессе.

Сол Дориа ушел со словами: Если успех подобным образом дейст вует на таких, как ты, Ларри, я бы предпочел, чтобы ты оставался сессионником.

Он открыл глаза и отвернулся от перил, высматривая такси. Резюме оскорбленного друга. Но если Сол был таким уж близким другом, с какой стати он зацепился за эту гулянку, высасывая из него деньги? «Я вел себя глупо, а кому понравится, если глупый вдруг умнеет? В этом все дело…»

Никакой ты не хороший парень.

– Я хороший парень, – мрачно возразил он. – И вообще, кому до этого дело?

Мимо проезжало такси, и он вскинул руку. Таксист, похоже, на секунду замялся, прежде чем свернуть к тротуару, и Ларри вспомнил о крови на лбу. Он открыл заднюю дверь и залез в салон, пока таксист не передумал.

– Манхэттен, «Кемикэл-бэнк-билдинг».

Такси влилось в транспортный поток.

– Парень, у тебя порез на лбу, – сказал водитель.

– Девушка швырнула в меня кулинарной лопаткой, – рассеянно ответил Ларри.

Таксист одарил его странной, фальшивой сочувственной улыбкой и сосредоточился на дороге, не мешая Ларри собираться с мыслями и думать, как объяснить матери свое ночное отсутствие.

О персонаже

Рэндалл Флэгг – вымышленный персонаж Стивена Кинга. Флэгг фигурирует в восьми романах, а так же в качестве камео в других работах Кинга. Он представляется разными именами, большинство из которых с инициалами Р.Ф. Однако, имеются и исключения: в цикле «Темная Башня», Уолтер о’Дим — имя чаще всего ассоциируемое с Флэггом. Флэгг опытный колдун со сверхъестественными способностями в некромантии, пророчестве, и неестественном влиянии хищников и поведение человека. Его главная цель — уничтожение цивилизаций, как правило, сея разрушения и конфликты.

Данный персонаж впервые встречается в романе «Противостояние» в роли демонической фигуры, уничтожающий остатки населения после чумы. Второй раз он появляется в романе «Глаза Дракона», в роли злого волшебника, в попытке погрузить средневековый город Дэлейна в хаос. Флэгг так же появляется несколько раз в серии «Темная Башня», как один из главных антагонистов, где противостоит попыткам Роланда Дискейна добраться до Темной Башни, краеугольный камень всего сущего, в попытке самому завладеть Башней и стать богом. «Темная Башня» расширяют историю и мотивации Флэгга, и объединяет с другими романами.

Помимо романов Кинга, Флэгг появляется в адаптации телевизионного сериала «Противостояние», которого сыграл Джейми Шеридан, а также в комиксах Marvel «Темная Башня» и «Противостояние».

Стивен Кинг вдохновлялся образом Дональда Дефриза, похитителя Патти Херст, при создании Рэндалла Флэгга. Позже Кинг заявлял, что создал Флэгг из образ человека в ковбойских сапогах, потертых джинсы и куртке, вечно идущего по дороге из ниоткуда, когда сам автор был еще в колледже. Природа и гениальность персонажа Флэгга является объектом обсуждения многих литературных критиков.

Появление в романах

Впервые Рэндалл Флэгг появился в апокалиптическом романе «Противостояние», 1978 года. В ней он пытается построить цивилизацию, в честь себя – любимого, на территории Соединенных Штатов, после того, как чума убила большую часть населения. История Флэгг не неизвестна даже ему самому –в какой-то момент он был пехотинцем, куклуксклановец, вьетконговцем, а также участником похищения Патти Херст. Расположившись в Лас-Вегасе, Флэгг привлекает людей, повернутых на разрушении, власти и фашизме. Он использует распятие, пытки и другие наказания для нелояльных. Последователи реорганизуют общество, и восстанавливают город. Флэгг планирует атаковать и уничтожить другую развивающуюся цивилизацию Матери Абигейл «Свободная зона» в г. Боулдер, штат Колорадо, чтобы стать доминирующим обществом на территории бывших Соединенных Штатов.

Община Боулдера посылает группу мужчин в Лас-Вегас, чтобы остановить Фэгга, после того как два последователя Флэгга провалились в убийстве лидера «Свободной зоны». Однако, их берут в плен и планируют произвести публичную казнь. Но, перед казнью, появляется один из преданных последователей, Трэшкэн, с ядерной боеголовкой. И по «велению божьему» бомба взрывается, уничтожая последователей Флэгга и двух оставшихся заключенных. Роман был переиздан в 1990 году, и расширен за счет удаленного текста во время своей первоначальной публикации, где объясняется, что Флэгг появился снова, где-то на пляже и формирует новую группу.

Позже Флэгг появился в романе «Глаза дракона» (1986г.), в роли злобного колдуна, сеящего хаос. Его внешность скрыта под темным плащом, и большая часть магии происходит из заклинаний, и применения зелий и ядов. В этом романе, схема Флэгга отправить в пучину хаоса царство Дэлейн, отравляя короля и подставляя законного наследника, Принца Питера. Когда Томас, младший брат Питера, становится королем, Флэгг манипулирует им в своих целях, так как тот, помнит Флэгга единственным другом в детстве. По существу Флэгг становится правителем Дэлейна, и погружает царство в Темный Век. В конце концов, Томас противостоит Флэггу, вспоминая убийство отца, т.к. был свидетелем, будучи ребенком, но был слишком напуган, чтобы признаться себе в правде. Флэгг ранен стрелою Томаса в глаз, и исчезает из царства. Питер становится законным правителем, а Томас покидает Дэлейн со своим дворецким, Дэннисом, чтобы отыскать Флэгга. В книге утверждается, что Томас и Дэннис нашли Флэгга в их странствии, в будущем, но характер их встречи не описан и, видимо, Флэгг выжил, чтобы творить хаос в более поздних книгах.

В книге Ситвена Кинга «Сердца в Атлантиде» (1999г.), персонаж по имени Рэймонд Фиглер, лидер активистов, убеждает девушку отказаться от идеи заполучить неразорвавшуюся бомбу. Кинг никогда не говорит прямо, что Фиглер это Флэгг, но Кристофер Голден и Хэнк Вагнер, соавторы «Вселенная Стивена Кинга», говорят, что нет сомнений в том, что Флэгг и Фиглер это одно и тоже лицо – указывая на действия и способности Фиглера появляться из ниоткуда, контроль над Кэрол Гербер и ее друзьями-активистами, а также тот факт, что Флэгг часто использует псевдонимы, с инициалами «Р.Ф.».

Следующие свои шесть раз Рэндалл Флэгг появляется в романах «Темная Башня», за которым следует стрелок Роланд Дискейн, путешествуя по миру в поисках Темной Башни. Присутствие Флэгга улавливается в самом начале серии, с первым предложением, — «Человек в черном пытался укрыться в пустыне, а стрелок преследовал его» (пер.Т.Покидаева). Флэгг использует несколько личин в этом цикле романов. Впервые он появляется в качестве Уолтера о’Дима, гонимом Роландом через пустыню. Здесь он идентифицирует себя как демона Легиона, и заявляет Роланду, что придется победить его, если тот хочет войти в Башню. В воспоминаниях, Флэгг выдает себя за Мартина Броадклока, колдуна, вступившего в сговор с Алым Королем с целью разрушения Темной Башни. В роли Мартина, Флэгг использует мать Роланда, Габриэлу, в попытке спровоцировать Роланд пройти Ритуал Мужественности в раннем возрасте, в надежде провала и изгнании Роланда, но Стрелок проходит испытание. В конце концов, Роланд ловит Уолтера и у них складывается долгая беседа о судьбе Роланда и Башне, в ходе которой Стрелок засыпает в бреду. Но проснувшись находит кучу костей вместо Флэгга. В оригинальном издании, Уолтер и Мартин – два разных персонажа, где Уолтер умирает в конце романа. Когда Стивен Кинг опубликовал расширенное издания романа, то Уолтер и Мартин изображены как одна личность, и Уолтер подделывает собственную смерть.
Далее Рэндалл Флэгг появляется в третьем романе серии «Бесплодные Земли». Флэгг появляется в городе Лад, где спасает Тик-Така — Эндрю Квика, врага ка-тета Роланда, оставленного умирать после конфликта. Квик становится лояльным слугой Флэгга. В этот раз Флэгг представляется, как Ричард Фаннин. Флэгг возвращается в четвертой книге, «Колдун и Кристалл», где представляется Мартином Броадклоком, и предупреждает Роланда и его ка-тет отказаться от своих поисков Темной Башни. Благодаря воспоминаниям Флэгга, будучи Уолтером o’Димом, тот служил эмиссаром у Джона Фарсон, одним из главных лиц, ответственных за уничтожение Гилеада, дома Роланда.

В «Аргументе» (краткий пересказ истории) к «Волки Кальи», пятом романе серии, отмечено, что Флэгг представляется, как Броадклок, Фаннин, а также Джон Фарсон, в зависимости от того в каком мире находится. В «Волки Кальи», он ненадолго появляется, в качестве Уолтера o’Дима когда отец Каллахан приходит в мир Роланда. Флэгг дает Отцу Каллахан Черный Тринадцать, опасный хрустальный шар, в надежде, что сможет убить Роланда на пути к Башне. При встрече, Каллахан характеризует Флэгга «жестоким» и удивляется, как «глубоко ранил его чувства» когда тот выразил «комплекс эмоций». Персонаж появляется в качестве воспоминаний, в пятом романе, «Песнь Сюзанны», где говорится, что Флэгг заключил сделку с суккубом Миа, в результате чего она родила сына, Мордред Дискейна, который является сыном обоих: Роланд и Алого Короля.

В последнем романе, Флэгг намекает, что он не Джон Фарсон, а просто служил под его началом до падения. Но также имеется упоминание одним из Низших Людей, Флаэрти, что Джон Фарсон и есть Мартен Броадклок (Флэгг), что соблазнил мать Роланда («Тот же рот, что и у матери,что сосала хер Джона Фарсона с такой радостью … «). Флэгг раскрывает свои карты, сообщая, что хочет подняться на Темную Башню, посмотреть на верхние палаты и стать Богом всего. Однако, главная цель Флэгга — убийство Роланда раз и навсегда, за все неприятности, что доставил , но , — «прежде всего за смерть матери, которую я когда-то любил.» Его персонаж считает, что единственный путь к достижению цели лежит через Мордреда, которого он видит, как возможность для дальнейшего плана действий. Флэгг пытается подружиться с Мордредом, но благодаря своим телепатическим способностям тот узнает о истинных мотивах и убивает колдуна.

«Темная Башня» раскрывает немного истории о Флэгг, заявляя, что он родился на менее 1500 лет назад в Дэлейне, Истардском Баронстве, как Уолтер Падик. В возрасте 13 лет, Уолтер начал бродяжничать и был изнасилован странником в своих приключениях (Бев Винсент в книге «На пути к Темной Башне» предполагает, что все действия Флэгга против Дэлейна в романе «Глаза Дракона» были местью за обиду в детском возрасте). Не поддаваясь искушению вернуться домой, Падик шел навстречу своей судьбе и обучился различным формам магии, тем самым достигнув своего рода квази-бессмертия. После столетия хаосов, Флэгг привлекает внимание, и становится эмиссаром, Алого Короля.

Характеристика

Рэндалл Флэгг это воплощение зла. Когда Стивен Кинг писал свое первое виденье Флэгга, то вкладывал в образ абсолютно все окружающее злое. Для Кинга, Флэгг это, — «кто-то очень харизматичный, постоянно смеется, чрезвычайно привлекателен для мужчин и женщин, и берет самое худшее от каждого из нас.» Эта идея является базой для романа «Противостояние», первой книгой, где фигурирует Флэгг в литературе. В ней Флэгг характеризуется как олицетворение концентрированного зла на фоне Матери Абигейл, олицетворяющей добро. Персонаж Том Каллен описывает Флэгга, как имеющего способность убивать животных, и одарять людей раком, только посмотрев на них, а так же ссылается на него, как демона, имя, которому Легион. По словам Стивена Кинга, он не пытался создать дьявола из Флэгга, а просто представить в роли «гигантского зла». Кинг говорит, -«Я думаю, что на самом деле, дьявол довольно забавный парень. Флэгг же, архетип всего того, что я знаю о реальном зле, со времен Чарльза Старквитера 50-х годов — его опустошили, и заполнили ненавистью, страхом обидой, насмешками. Флэгг, Кореш, Джим Джонс, Гитлер — практически он все один и тот же паренек.» Хотя Флэгг и не представлен в образе дьявола, это еще не значит, что таковое не является его конечной целью. Кинг отмечает, что не имеет значения, кто видит его, или, как видят его, — «Флэгг может выглядеть по-разному для каждого из нас, но послание одно для всех: «Я знаю все твои желания, и могу дать все это, взамен попрошу лишь душу.»»

Помимо интерпретации Кинга, литературные критики так же отмечают склонность Флэгг ко злу. Тони Магистрале видит Флэгг шекспировским злодеем, сравнивая его с Яго, Эдмундом и Ричардом Третьим, заходя так далеко, приравнивая персонажа к антигероям. Тони подчеркивает, что зло Флэгга основано на способности вызывать конфликты там, где они никогда не были прежде, и уничтожать вещи просто потому, что они едины; хотя он и ищет власти, но власть для таких лишь ресурс для достижения более высокой степени разрушения. Хайди Стрингелл считает, что Флэгг поистине, — «воплощение чистого зла,» — и что Кинг выражает добро и зло «реальными силами», что является доказательством принадлежности Флэгга к чистому злу является, -«он — убийца, генератор вредности, лжец и искуситель». Для Стрингелла, исчезновение Флэгг в конце романа «Противостояние» показывает, что , -«зло в конечном счете, ведет в никуда,» — она называет Флэгга «типичным гибридом» архетиповых персонажей «Темный Человек и Трикстер», такое комбинирование двух персонажей, из разных культурных реалий, это то, что вынуждает людей признать свои «человеческие недостатки» в сочетании с «аморальностью» Флэгга.

«Глаза Уолтера округлились, и на мгновение он выглядел оскорбленным до глубины души. Каллахан всмотрелся в глубокие глаза собеседника и, не смотря на абсурдность происходящего, понял, что эмоции — подлинны. В одно мгновение он лишился последней надежды на то, что видит сон, или последний, яркий эпизод до подлинной смерти. Во снах, по крайней мере, плохие ребята — ужасные люди, у которых нет комплексов.»
— Стивен Кинг, «Темная Башня: Волки Кальи»

Дуглас Винтер считает, что Флэгг, фактически, олицетворение готического злодея, — «атавизм воплощения зла,» -т.к. его внешний образ довольно не четкий и является «коллекцией масок». Флэгг символизирует, — «необъяснимый страх возвращения былых сил: технологических и, социально-политических, на что указывает его имя.» Как и у других готических злодеев, планы Флэгга рушатся на каждом шагу, в то время, как казалось бы, нужно убедить других в своей значимости. Винтер заявляет, что Флэгг всего лишь навсего Супермэн с Милтоника, черпающий силы из темного и таинственного источника. Он сравнивает Флэгга к Сауроном Дж. Р. Р. Толкиена, из «Властелина колец», тем, что оба невероятно уязвимы при прямом подходе. Алиса Штиклер описывает Флэгга, как, — «современная интерпретация средневековой тематики о тьме, зле, магии и злобных буратинах». Штиклер считает, что Флэгг точно фигурировал, в речи Мерлина, когда тот шептал Артуру на ухо; она отмечает, что Флэгг силен в политике, как в «Противостояние», так и в «Глаза Дракона», и, что использует эту власть по-разному в каждом романе, не смотря на не стандартный средневековые приемы отображения зла и колдовства. Объясняя тем, что нет никакой «Высшей Силы», к которой Флэггу «нужно обращаться за способностями», что типично для традиционного зла. Флэгг, скорее похож на приспешника «очеловеченного зла» — религии, которая в конечно счете, больше работает против него, нежели, чем на него. Сверхъестественные познания Флэгга, далеки от непогрешимости истины, хотя бы потому, что его понимание черного и белого заменено на оттенки серого. Она заявляет, что хоть Флэгг и выражен, — «ужасным и сверхординарным,» — благодаря подчеркиваниям Кинга, но все же он не является воплощением абсолютного зла. Штиклер приходит к выводу, что Флэгг скорее средневековый монстр прошлого и будущего, который олицетворяет, и в тоже время искажает наше восприятие средневековья представленного в литературе.

Олицетворение зла Флэггом некоторые считают и клеветой. В своем эссе «Дракон Со Стеклянными Глазами», автор Л. Спрагуэ де Камп критикует роль Флэгга в романе «Глаза Дракона», указывая на то, что Флэгг был одним из наименее правдоподобных персонажей в книге, т.к. представлял собой гипертрофированное понятие зла. По словам де Кампа, абсолютное зло — это то, во что трудно поверить и там, где такие люди, как Адольф Гитлер и Иосиф Сталин видят,улучшение мира благодаря своим действиям, то Флэгг просто наслаждается разрушением и хаосом. Автор пытается сказать, что сам Флэгг не видит никакого смысла в своих поступках.

Представление зла не единственная характеристика оцененная критиками. Джозэф Рейно отметил, что присутствие Рэндалла Флэгга в романе «Противостояние», — «версия Стивена Кинга вездесущего Большого Брата». Тони Магистрале, переоценивает персонажа во второй книге, сравнивая с Норманос Мейлером. Здесь, Тони утверждает, что в романе «Противостояние» Флэгг дает читателю «иллюстрацию Кинговской современной Америки в перспективе,» — подчеркивая естественный ходом событий в следствии преклонения технологиям и жертвуя » неприкосновенностью морали в угоду синтетической продуктивности.»

Физические характеристики Флэгга меняются с каждым романом. В «Глаза Дракона», Флэгг описывается как «худой, с повидавшим жизни человек лет пятидесяти». Далее он описан, как фигура с капюшоном, стоящая во тьме и контролирующая королей и королев Дэлейна; с симптомами «тошноты» — когда есть что разрушить.

Противостояние (The Stand) 1 сезон — режиссер Джош Бун переосмыслил произведение мастера ужасов Стивена Кинга о борьбе светлых и темных в мире постапокалипсиса.

Сериалами по произведениями Стивена Кинга в последнее время никого не удивишь. «Касл Рок», «Мистера Мерседеса» уже не первый сезон на экранах и уходить оттуда не собираются, а на CBS All Access готовят к выходу «Противостояние».

В 1994 году на телеканале ABC показывали четырёхсерийный мини-сериал по мотивам этого романа, опубликованного в 1978 году. К «Противостоянию» критики отнеслись благосклонен: сценаристы отошли от оригинала и придумали свой финал, а значит «не всё было, как в книге». Каждая серия была щедро нашпигована отсылками к Библии, что нет-нет да и заподозришь, что без телепроповедников (кстати, и про них уже сняли сериал) при написании сценария не обошлось. Кинг участвовал в работе над сценарием и даже сыграл Тедди Вайзека, И хотя мастер говорил, что он вложил в этот проект «столько усилий, что хватило бы на три романа», сериал 1994 года это не спасло.

Разговоры о том, что «Противостояние» получит новое прочтение, шли с 2011-го года. Сперва планировалось, что это будет фильм. В 2015-м речь уже шла о восьмисерийном сериале на телеканале Showtime. Продюсеры сериала хотели заполучить Мэттью МакКонахи, снявшегося в «Настоящем детективе», четвертый сезон которого выйдет в 2021 году.

Затем сериалом заинтересовалась в CBS. Режиссером назначили Джош Бун («Новые мутанты»). Над сценарием он будет работать в дуэте с Бенджамином Кавеллом («Правосудие» и «Родина») он будет работать над сценарием. Также известно, что одним из продюсеров станет сын Стивена Кинга Оуэн. Мэрилин Мэнсон появится рассказал, что он вместе с Шутером Дженнигсом запишет кавер-версию песни The End от The Doors, которая войдёт в саундтрек сериала и что сам снимется в этом сериале.

Завязка сериала выглядит следующим образом: Опасный вирус, который исследователи ученые в условиях максимальной секретности, оказывается за ее пределами. Большинство население Америки погибает. Те же, кому благодаря стечению обстоятельств или благодаря богатырскому здоровью удается выжить, собираются в небольшие общины. Некоторые в нечеловеческих условиях стараются жить по-людски, другие объединяются под знаменами Черного Человека, который хочет править всей страной и готов ради этого отправить на тот свет тех, кто еще хотел бы задержаться на этом.

В октябре 2019 года роль профессора Гленна Бейтмана получил Грег Киннир, номинировавшийся на «Оскар» в 1997 году за «лучшую роль второго плана» в фильме Джеймса Брукса «Лучше не бывает». Поклонники «Карточного домика» также могут помнить его по роли Билла Шепарда в шестом сезоне сериала.

В феврале 2020-го в сеть попал очередной кадр со съемок сериала.

Его сподвижника Стюарта Релмана сыграет Джеймс Марсден («Дневник памяти», «Возвращение супермена»). Фиона Дуриф («Проклятие Чаки», «Культ Чаки») станет приспешницей главзлодея Рэтти Эрванс. Стоит сказать, что в оригинальном произведении Черному человеку помогал мужчина. Мать Абигейл сыграет Вупи Голдберг. Старую деву, воспитательницу детского сада Надин Кросс сыграет Эмбер Хёрд («Аквамен», «Лига справедливости», «Ананасовый экспресс»).


Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *